Граф Рысев – 2

 – Вообще, похоже на правду. Из-за женщин и не такое происходило в мире.

– Угу, ещё скажи, что войны из-за прекрасных глаз начинались, – я хмыкнул.

– Ну, войны ни войны, а вот на дуэлях много представителей славных семейств головы сложили.

– Дуэли запрещены, – я поднял вверх указательный палец.

– Ой, брось, когда это кого останавливало? – Дроздов махнул рукой. – Пошли, я тебе покажу, где школа отца находится. Если надумаешь, то часам к шести вечера подходи.

Мы вместе дошли до пропускного пункта и Дроздов рукой указал на трехэтажное строение, стоявшее через дорогу от училища.

– Этот серый дом, который своим видом портит уникальный ансамбль зданий, расположенных на площади? – я прищурился. Здание школы так сильно выделялось среди всех остальных, что не заметить его было невозможно.

– Ну, ты даешь, – Дроздов хохотнул. – Точно, художник. А-то я уже засомневался. Думал, что Сусликов что-то напутал.

– Нет, не напутал, – буркнул я, рассматривая здание школы. – Я приду. К шести?

– Да, к шести, – кивнул Дроздов.

– А ты что же, не в казарме живешь?

– Мы же не регулярная армия, – он даже удивился. – Если у офицеров и инструкторов есть дом в форте, то нам вполне можно отлучаться из расположения училища. Даже курсантам можно, если они достаточно обеспечены для этого. Ну, а тем, кто в казармах живёт, тем увольнительные нужны, чтобы в город погулять выбраться, это да.

– Даже интересно стало, как вас на случай тревоги в одну кучу собирают, – я задумался.

– А вот это для гражданских интереса вызывать не должно, – улыбнулся, точнее оскалился Дроздов.

– Понятно, военная тайна. Ладно, пойду, у меня ещё дела есть в городе. Вечером увидимся, – Дроздов кивнул и поспешил к оставленным на контуженного Сусликова курсантам.

Я же направился к машине, чтобы съездить к артефактору и, заодно, Кузьму расспросить насчет школы фехтования Дроздовых. Кузя жил в форте почти всю жизнь, и должен был слышать, а то и знать всю подноготную данной школы.

Глава 4

Быков Порфирий Семёнович – артефактор. Вот, кто совершенно не соответствует ни своему имени, ни голове быка на печатке перстня. Маленький, круглый, улыбающийся хитрой улыбочкой. Как только я поставил сундучок с артефактами на прилавок, сразу захотелось проверить карманы. Убедиться, что из них волшебным образом ничего не пропало.

Кузьма зашёл к Быкову вместе со мной. Встал в стороночке и принялся наблюдать, скрестив руки на груди.