Макс Вольф: Наемник

В прямом бою у нас нет шансов выстоять, разве что всем дружно полечь в бою, так что блеф, блеф и еще раз блеф. В конце концов, надо смотреть объективно: война – это состязание умов военачальников, а лишь затем применение силы. В истории немало примеров, когда противостояние двух сторон заканчивалось победой одной из них без прямых боевых действий. Насилие – хороший инструмент, примитивный и вполне действенный, но иногда пользоваться им вовсе не обязательно.

– Гра Вольф, вы готовы? Корабль выйдет из гиперпрыжка через десять минут, почти сразу мы свяжемся с планетой, ждем вас в главной комнате совещаний, – Стюарт Ламонт в этот раз решил воспользоваться системой внутренней связи, а не корабельной сетью.

Покосившись на оживший блок черного интеркома на стене, неторопливо нажимаю на кнопку ответа:

– Буду через пять минут.

Еще раз посмотрев в зеркало, где виднелось мое отражение в бронескафе военной модели красно-черного цвета, я спокойно направляюсь к выходу. Проигнорированный шлем остается лежать на одном из кресел – сейчас важно, чтобы мое лицо оставалось открытым.

Планета Канваль. Замок «Канваль». Система баронств

– «Звезда Тисары» вышла из гиперпрыжка в трех часах лёта от планеты, – преемник на посту главы баронской стражи Квейн Берлиз с осторожностью посмотрел на нового сюзерена. Данная два дня назад личная присяга алмазной нитью связала его жизнь с Жераром Канваль, вероятным господином этого владения.

В отличие от простых солдат, еще не присягнувших, пока еще просто «его милости», а не «барону Канваль», для него обратной дороги уже не было. Молодая наследница обязательно прикажет казнить офицера-предателя, если ей вдруг удастся взять власть в свои руки. Рассчитывать на пощаду в таких обстоятельствах просто нереально.

Тридцатилетний мужчина поставил все в этой игре на нового сюзерена, проигрыш недопустим.

– Как считаешь, Квейн, зачем она вернулась? Ламонт не мог ей не доложить о смерти Шоу, – спросил уже седеющий человек за пятьдесят, находящийся в богато обставленном кабинете, чуть разворачивая кресло в сторону нового шефа гвардии.

Жерар Канваль, дядя Тисары, сидел за огромным деревянным столом, стилизованным под старину. Немного уродливое чудовище дизайнерского искусства тем не менее отлично вписывалось в оформление комнаты, выполненное в духе старых времен.