Цитадели гордыни. Воин вечного льда

Это послужило сигналом для испугавшегося Густава. Он и сам не понял, как и что сотворил. Знание вынырнуло откуда-то из глубин охваченного паникой сознания.

Хоп – правая рука сама выстрелила вперед, вскидываясь на уровень плеч. По телу пробежала дрожь, вызывая глубоко внутри некое напряжение, вылившееся в форме черных капелек эпоксидной смолы, возникших прямо на открытой ладони.

Он тряхнул рукой, и черные капли полетели в незнакомцев. По лицу парня скользнула улыбка.

Густав не стал ждать развития событий и выбросил вперед другую ладонь, из кончиков пальцев вылетел пучок извилистых молний.

Тигр скакнул вперед и влево, уворачиваясь от ядовито-черных брызг темной субстанции.

Второй юноша маятником качнулся вбок, выходя из зоны поражения ветвящихся молний. И лишь предводитель странной компании остался на месте, на его губах все так же блуждала улыбка.

Вместо того чтобы уклоняться от слепящих линий, крепыш почти лениво приподнял руку и отмахнулся, голой ладонью отбивая змеящийся пучок молний.

Пораженный Густав открыл рот. Причем больше всего его шокировали не действия людей, стоящих напротив, а неизвестно откуда появившиеся собственные способности к управлению магией.

Ведь это несомненно была магия. Ничем другим объяснить факт возникновения на пустой ладони клубка молнии просто нельзя.

– Neploho dlya novichka, – сказал тот, кто голыми руками умудрился отмахнуться от жалящих ярких разрядов.

К сожалению, Густав все еще не понимал его. Поэтому вместо того, чтобы что-то ответить, он сжал пальцы в кулак и сделал вид, что хочет ударить. И снова где-то внутри зародилась нервная дрожь, формируя сгусток сконцентрированной энергии.

Светящийся шар ударил резко, заходя по кривой траектории справа. Тигр успел среагировать, прыжком уходя из зоны поражения. Но зверь действовал недостаточно быстро, и небольшая частичка снопа сияющих искр все же достала его, самым кончиком полоснув по сияющей белой шкуре.

По коридору пронесся разочарованный рев раненого животного.

«Ага», – подумал Густав и попытался повторить успех, на этот раз действуя вновь против людей.

Однако, видимо, главному надоела игра. Увидев, как попали в его питомца, он вновь стал серьезным. Улыбка исчезла, глаза приобрели цепкость снайперского прицела.