Цитадели гордыни. Клинок клана

– Такими темпами эти суслики потеснят в Империуме позиции других великих родов, – негромко заметил я, комментируя увиденное на экране.

Полина промолчала, и так все понятно. Уверен, не только я заметил усиление амеров. Орловы ревностно следят, чтобы их лидирующее положение не смели оспаривать другие кланы, и обязательно постараются ослабить соперников. Так сказать, подкинут проблем, по старой дружбе. Не самая худшая из стратегий. Пиндосам давать набрать силу нельзя, иначе есть риск новой глобальной войны.

В данный момент Империум трудно назвать монолитным образованием с единой властью и общими целями.

Скорее лоскутное полотно, где в одних местах постоянно бурлит и грохочет, а в других идет быстрое развитие на основе сплава магии и технологии.

Перекос? Еще какой. Но пытаться сделать сейчас что-то другое – значит порушить ростки зарождающегося государства.

Барсик вернулся к Полине и попытался забраться ей на колени, невзирая на разницу в массе и размерах. Недовольная бесцеремонным поведением питомца сестрица спихнула обнаглевшего зверя на пол.

– Уйди, не мешай, бегемот.

Тяжеловат, я бы и сам не выдержал, как-никак четверть тонны живого мяса. Немаленькая тушка, чтобы держать на коленях. Наверное, вообразил себя пушистым котенком. Я хмыкнул.

Барсик обиженно засопел и с царским величием направился к выходу, ступая мягко и неторопливо. Пошел заедать обиду на кухню, охламон.

По телевизору пошли местные новости из русских земель. На экране показали интервью некого активиста, продолжавшего выступать против введения имперской службы в обмен на гражданство.

Реформу наконец-то ввели на постоянной основе год назад. Понадобилось десять лет, чтобы утрясти детали. Сначала идею гоняли в тестовом режиме несколько лет в разных местах, в основном отрабатывая бюрократические сложности и отслеживая реакцию общества.

Самое большое неприятие замысел вызвал среди либерально настроенных слоев населения. Их меньшинство, но зато они умели орать громче всех.

По владениям даже прокатились акты неповиновения и призывы к забастовкам на предприятиях.

Ничего путного у них, конечно, не вышло. Основная масса населения не возражала против нововведения так рьяно, чтобы бросаться на амбразуры. А сами активисты умирать не спешили.

Кодекс о муниципальных выборах пока работал только на территории русских кланов. Что в очередной раз подчеркивало разобщенность Империума. Хотя в планах имелось распространить практику повсеместно. Но когда это будет.