Кредиторы гильотины

В эту минуту – не помню, как и почему – но я вспомнил о том, что несколько капель крови были найдены на подушке жертвы, и сразу же, вследствие естественного течения хода мыслей, я увидел связь между пятнами на подушке и слипшимися волосами. Я тут же взял лупу, осторожно приподнял слипшуюся прядь волос и под ними заметил небольшую черную точку, настолько маленькую, что она, без сомнения, ускользнула бы от невооруженного взгляда; дотронувшись до этой точки, я почувствовал под пальцем какое-то твердое тело. Не в состоянии объяснить себе, что это, я сделал в этом месте легкий надрез, и в ране появилась верхушка золотой иголки четырех-пяти миллиметров в диаметре.

– Я так и знал! – вскрикнул Панафье.

– Что вы говорите?

– Ничего, милый мой, продолжайте. Я говорю сам с собой.

– Я попробовал слегка покачать иголку, но она не шевелилась. Тогда, вооружившись скальпелем, я продолжил свое исследование и через мускулы затылка дошел до двух главных артерий.

Панафье внимательно слушал, проводя по низу своего затылка, чтобы лучше представить себе, в какое место был нанесен смертельный удар.

Между тем Жобер продолжал:

– Иголка была воткнута между этими двумя артериями. Тогда я с усилием, но осторожно, вынул иголку и увидел, что ее конец на два сантиметра входил в мозжечок.

– И…

– Это и было причиной смерти.

– И вы совершенно убеждены, что именно это, а не другое, вызвало смерть?

– Абсолютно убежден.

– Но приходилось ли вам видеть подобные случаи?

– На людях – нет.

– И вы никогда не слышали, чтобы кто-то умер по такой же причине?

– Нет.

– Не слышали ли вы четыре года тому назад об одной женщине, жившей в Батиньоле?

– Нет, не помню.

– Это была бедная женщина, которую однажды нашли утром, и доктора…

– Констатировали эту же самую причину?

– Нет, дорогой доктор. Как и теперь, они ошиблись, указав причиной смерти отравление.

– Но я никогда не слышал о подобном процессе.

– Это вполне понятно, так как убийца не был найден.

– Ба! Но в таком случае его нашли после, так как, несмотря на отрицание своей вины, этот Корнель Лебрен был, без сомнения, виновником происшедшего. Удары ножом должны были сбить с толку следователя, и он преуспел в этом.

– И вы думаете, что он сделал это один?

– Несомненно.

Панафье подумал несколько минут.