Кредиторы гильотины

Наконец один из них с усилием сказал продавцу вина: «Благодарю вас!»

Затем они молча вышли и прошли на улицу Фоли-Реньо, где остановились у маленького домика без номера – странной постройки мрачного вида.

Перед дверью этого дома их ждала телега, на которую накладывали бревна и доски. Когда телега была нагружена, она отправилась на площадь Ла-Рокетт. Два незнакомца последовали за ней.

Был час ночи. Два незнакомца стояли у мокрой стены, не обращая внимания на грязь, не обмениваясь ни одним словом.

В четыре часа утра один из рабочих, строивших эшафот, подошел к ним.

– Господин Винсент? – шепотом спросил он. Тот, что казался старше, ответил:

– Это я. Что вы хотите?

Тогда помощник палача прошептал:

– Я пришел от имени… кого – вы знаете… сказать вам, что все условлено… Позволение вам дано.

– Благодарю, мы придем.

Помощник сразу же вернулся к эшафоту, а тот, кого он называл Винсентом, сжал руку своего спутника и сказал ему:

– Ну, Шарль, скоро все будет кончено.

– Не беспокойся обо мне.

Незнакомцы снова заняли свои места. Эта неподвижная пара выглядела странно. В то время как окружавшие их люди дули себе на пальцы, чтобы хотя бы немного согреться, они, казалось, не обращали никакого внимания ни на холод, ни на туман, не чувствовали времени. Они не слышали ропота толпы, не обращали внимания на толчки.

Когда раздался первый удар часов, оповестивший, что уже семь утра, они вздрогнули, словно пробудившись от сна.

– Боже мой, – вскрикнул один из мужчин, с ужасом хватая за руку своего спутника.

Последний взглянул вперед, и чувствуя, что готов упасть в обморок, сделал над собой усилие, чтобы победить слабость…

Дело в том, что оба они увидели очень мрачное зрелище. Перед ними волновалось целое море бледных лиц, и в середине этого моря возвышался, словно остров, эшафот, протягивая свои две красные руки. Подавляя слабость, старший из двух незнакомцев, Винсент, взял за руку своего спутника и прошептал ему на ухо:

– Успокойся, Шарль, будь мужественным.

Шарль выпрямился и встряхнул головой, словно желая прогнать мрачные мысли.

Дверь в Ла-Рокетт отворилась, мгновенно по площади пронесся глухой ропот, за которым последовало мертвое молчание. Два незнакомца напрасно старались заглушить рыдания, вырывавшиеся у них из груди. Затем они сняли шляпы и опустились на колени.