Миры и истории. Магия девяти планет. Книга вторая

Надо было слышать Стеллино хохочущее: «Конфуз-то какой!», когда подлетевший официант вернул всё на столе на место, а потом за две секунды мастерски раскупорил те самые клешни специальными щипцами, которые и до этого лежали возле тарелки Стеллы.

…То первое впечатление (ещё при посадке на Бурьяну) нас не обмануло. Планета оказалась очень красивой. Такой невероятной природы с буйством красок я не видел нигде, даже в заповедниках на Земле. А постройки – дома, мосты, магазины, ниши на дороге для отдыха с кафе и туалетами – всё сплошь, как бы у нас сказали, из экологичных материалов: дерева и камня.

Но в основном – дерева. И никаких небоскрёбов! Очень мощный контраст в сравнении не только с Землёй, но и с Центраной, и с Верулом… И воздух удивительный: лёгкий, тёплый и по-здоровому влажный, будто морской.

Тем временем Порш по пути к главному парку, не переставая, болтал, рассказывая нам о зданиях, которые мы проезжали, скверах, об особенностях растений на Бурьяне и о животных и птицах, обитающих на планете.

Но одно из зданий на вытоптанном участке особо привлекло наше внимание своим странным видом. Оно было будто сложенным из сухих прутьев в несколько слоёв, связанных в форму брёвен какими-то грубыми верёвками. Окна без стёкол. Дверь из сухостоя… Чисто трущоба. Порш притормозил и, не дожидаясь вопросов, пояснил:

– Штаб-квартира организации Дурнетты. Здесь собираются все её чудаки.

Только он это сказал, пародия на дверь распахнулась и оттуда вышли два, видимо, чудака – очень худых и не особо опрятных серых пса, одетых в лохмотья, явно – по походке, по взглядам – не очень дружелюбно настроенных.

– Они выглядят не очень хорошо, – задумчиво произнёс Милый. – Болеют, наверное… Риз, а вы здесь не пытались убедить их, что нужен баланс? Что не питаться нормально это неправильно?

– Убедить? – мопсик почти взвизгнул. – Если мы сейчас вернёмся туда и попробуем их убедить, всё, чего добьёмся, так это веником или палкой по носу.

– Но Дурнетта красивая, – внезапно мечтательно ляпнул Порш. И тут же получил стилосом в голову – от Риза.

От размышлений, как говорит Стелла, «о превратностях любви» и от проблем с трущобной организацией красавицы (по мнению Порша) Дурнетты меня отвлекло любопытное зрелище: в окно машины я увидел, как в противоположную сторону по дороге пробежали две овчарки.