Те, кто желает мне смерти

Когда Уэйн Поттер начал гнать какую-то пургу про боязнь высоты, потому что Джейсу не хотелось вслед за всеми лезть на крышу школы по стремянке, которую какой-то работяга оставил приставленной к стене, Джейс самонадеянно заявил, что ему вовсе не надо лазить по каким-то несчастным стремянкам, дабы доказать, что он не боится высоты, – он, мол, постоянно ныряет у себя в карьере, а уж Уэйн-то точно такого не проходил.

Тот, естественно, объявил, что Джейс просто свистит. И, естественно, упомянул про Крышу. И, естественно, у него оказался старший брат, с которым он придет туда на выходных.

– Ну ты и кретин! – вслух ругал себя Джейс, плетясь по каменистой тропке, усеянной расклякшими сигаретными окурками и смятыми банками из-под пива, к одному из широких уступов над старым карьером, под которым, как он точно знал, было достаточно глубоко. Начать с малого – таков был его план. Он успел уже прыгнуть разок – футов с пятнадцати, и теперь переходил к соседнему карьеру, где высота была уже посерьезней – по меньшей мере футов тридцать.

– Просто попробуй, – уговаривал он сам себя. Звук собственного голоса немного успокаивал, придавал уверенности – будто ты и не один. – Просто попробуй! Это же вода, по-любому не убьешься до смерти! По крайней мере, с такой высоты.

И все же Джейс так и продолжал расхаживать туда-сюда по уступу, выискивая подходящее место и старательно держась в добрых трех футах от края.

– Ссыкун! – громко произнес Джейс, потому что сегодня его именно так и назвали, прямо перед девчонками. Охватила такая злость, что он был готов – ну, или почти готов – все-таки поставить ногу на эту чертову стремянку. Но вместо этого предпочел заброшенный карьер, чтобы оправдать себя. Хотя теперь, по зрелом размышлении, стремянка казалась явно предпочтительней.

Треснул раскат грома, эхом заметался над водой между отвесных каменных стен. Внутри карьера гром звучал более гулко и угрожающе, чем наверху на дороге. Когда Джейс выходил из школы, дул сильный ветер, который теперь и вовсе разгулялся не на шутку, налетая порывами и вихрями закручивая каменную пыль, а на западной стороне неба громоздились густо-черные тучи, в глубине которых ярко вспыхивали молнии.