Птица

Пока я как шестилетняя девочка одевалась, я двадцатипятилетняя внимательно слушала тихий разговор мужчины и женщины.

– Вы будете в безопасности. Обещаю, как только все решится, я приеду к вам. О доме позабочусь, только ты, пожалуйста, позаботься о себе и об Ангелине. Вы самое дорогое, что есть у меня!

Мама ничего не хотела слушать и понимать. Все попытки возразить оказались безуспешны. Видно было ее усталость и безысходность, и она просто согласилась.

Под голоса родителей я заснула и открыла глаза только в машине.

Жасмин ехала впереди, а я с мамой сзади.

– Мам, а куда мы едем?

– В путешествие, солнце мое, – шепнула она мне на ухо.

4. Единомышленник

«Единомышленник есть у каждого человека – это он сам»

Мое сознание вернулось. Я была в полной тишине. Голова болела, как будто я не спала целую вечность, а веки были настолько тяжелыми, что их не удалось сразу открыть. Вокруг только темнота, но, приглядевшись, я уловила очертания своей комнаты. Ужасно хотелось пить.

Я не понимала, какой сегодня день и закончился ли тот странный сон.

Я ощупала себя, потерла глаза, ущипнула за плечо – больно, значит, не сплю. Еще не рассвело. Будильник показывал три часа ночи.

Тело горело, подняться не было сил, как при высокой температуре. Я попыталась встать, комната поплыла перед глазами. Меня затошнило.

– Нет, я не хочу! – прошептала я.

Голова закружилась, и я потеряла сознание.

***

Солнце слепило глаза, я боялась вдохнуть, чтобы не почувствовать запах рвоты.

Но оказалось самочувствие в порядке. Я закрыла глаза руками и задышала полной грудью. Грудная клетка двигалась вверх-вниз, а голова пыталась восстановить происходящее. Все замелькало картинками: плачущая мама, скорая, кулон, шестилетняя девочка по имени Ангелина, Жасмин и темнота.

Мне срочно нужно было узнать, где мама и как самочувствие бабушки.

Пропущенных звонков не было. Телефон уверял, что сейчас пятнадцатое сентября, пять минут восьмого. Значит, прошло четыре дня после моего рождения.

И получается, я все это время пролежала в кровати.

Мама наверняка была у бабушки. Не могла же она сидеть рядом со мной все эти дни, тем более я в порядке. Я набрала ее номер.

Гудки звучали так монотонно, что их было просто невыносимо слушать. Ответа не было. Трубку не взял никто: ни бабушка, ни мама, ни Жасмин. Я посмотрела на себя: то же бирюзовое платье, меня даже никто не переодел. Надо привести себя в порядок, поесть и попытаться разыскать родных.