Когда сбываются мечты

Яна постучала в дверь минут через тридцать, я уже было подумал, что не придет. А она, оказывается, красилась! Невозможно было не заметить появившиеся на ее глазах стрелки, которые еще больше подчеркивали и без того необычный разрез глаз.

– Впустишь?

Улыбнулась. А я понял, что так и замер, стоя на пороге, все это время любуясь ею. Отошел в сторону, уже откровенно не понимая, что за странности со мной сегодня творятся.

– Какую пиццу ты любишь? – спросила она, раскладывая продукты, одни кучками на столе, другие в холодильник.

Что можно на это ответить девушке, которую однозначно не хочешь отпугнуть, но при этом рядом с которой все твои инстинкты не реально обостряются. Хочется не пиццу. Ни разу не пиццу. Хочется ее аппетитную попку, обтянутую тесными джинсами. Прокашлявшись, ответил, что без разницы. Если бы она спрашивала меня о том, какое я предпочитаю мясо, я бы поднапряг голову и ответил, но пицца… Брр.

– Твой волк, черный, да? – спросила она, не оборачиваясь.

Неожиданно.

– Уже просветили? – хмыкнул.

– Просто твои глаза, они, ну… очень запоминающиеся. – Яна замолчала и развернулась. – Когда я рассказала Олегу, он сразу понял, кто ты.

Да что за еб твою мать! Она заглянула мне в глаза, и я опять потерялся. Это уже начинало бесить. Подошел к ней вплотную и прижал к кухонному гарнитуру. Обхватил за бедра, прижимаясь к ней пахом.

– Хочешь посмотреть на моего волка? – прошептал и прижался теснее, пусть почувствует мое желание. Всю его силу.

Облизнув губы, она дотронулась пальцами до моего лба чуть выше брови и повела ими вниз до скул.

– Твои глаза. Они стали еще ярче, – сглотнула. – Они очень красивые.

Руку с моей щеки она так и не убрала. Я сократил расстояние между нами и почти прикоснулся к ее губам. Уже представлял, какими они будут на вкус, когда она заговорила и обломала мне весь кайф от происходящего. Желание в один момент испарилось.

– Я бы с удовольствием посмотрела, какой ты. Зверя я видела только у Максима, и он такой большо-о-ой.

Отошел от нее подальше, рука малышки Ребровой упала. Опять этот Васильев, черт его дери.

– Мой волк больше, – недовольно пробубнил, как мальчишка. Оставалось еще болтом с ним помериться, честное слово. – Ты тут разбирайся, а я пока в душ.

Поспешил подальше из этого места. Холодный душ, потом кофе. Это все от недосыпа, ебанутый день, даже слов культурных нет.