Коди. Небраска

Поставил нужные галочки и прочерки по образцу, прикрепленному на стене.

Как говорил Джей: “Чертовы бумажки держат нас в загоне, словно паршивых овец, но мы оседлаем эту скотину!”. Сам Коди едва ли разбирался во всем этом, просто делал по образцу, а все образцы были составлены ушедшими служащими из жалости к остающимся. И Коди послушно оформлял из месяца в месяц отчеты, которые потом посылал с водителем большой машины. От этого же водителя – он так и не запомнил, как его зовут – он получал приходящую корреспонденцию.

В основном это были счета.

Изредка приходили рекламные брошюры, каталоги, которые казались причудливыми тропическими бабочками, невесть каким ветром занесенными в эту засушливую неприветливую местность. Коди подолгу разглядывал каталоги, представляя, как прочитает ту или иную книгу, посмотрит фильм, съест незнакомое лакомство. С годами брошюры становились толще, лакомств и одежды в них становилось больше. Реклама одежды была ему безразлична, и люди, изображенные на ней, казались ему искусственными, как и их улыбки.

Ему не верилось, что подобного вида люди могут где-то существовать, он никогда их не видел. А вот другую рекламу он любил, особенно анонсы книг и фильмов с краткими описаниями, по ним он с легкостью мог воссоздать в своей голове все произведение, внося этим какое-то разнообразие в свою размеренную жизнь.

Заполнив бланки, сверившись с инструкциями, он снял фартук и вышел под палящее солнце. Дверь почты можно было не закрывать, но он предпочитал следовать привычке.

Возвращаясь, он остановился на перекрестке у пыльного, неработающего светофора.

Налево вела каменистая дорога, уходящая к невысокому холму, на котором стоял их паб в окружении еще нескольких зданий. Воздух задрожал от низкого гула, и Коди, подняв руку ко лбу, замер, выискивая в небе серебристый самолет.

Иногда они пролетали в выцветшем небе, оставляя длинные, словно бархатные ленты, следы. Поднимая голову к небу, Коди всегда махал рукой невидимым пилотам и пассажирам, сам в тайне мечтая когда-нибудь оказаться среди них, там, в вышине, улететь далеко-далеко.

Куда? Он и сам не знал точно, но сама возможность сесть в блестящий и легкий, словно игрушечный, самолет и упорхнуть – эта идея привлекала своей невероятностью.

Можно было попробовать представить, глядя ввысь, что где-то может быть по-другому. Что бывают другие города, другие люди, другие пабы и даже… другие Коди, наверняка ведь ходит по свету кто-то такой же, как он, только не такой одинокий.