Роман о Генри

Оказалось, чуть меньше, чем он уже имел удовольствие узнать. Тогда и состоялся важный разговор с тетушкой.

– Дорогая моя Филис, что происходит? Откуда ты вообще берешь этих женщин?

– Из пансионата Святого Ансельма, дорогой племянник. – Нимало не смутившись, ответила тетя. – Я рада, что моя шалость раскрыта. В Святом Ансельме тоже, знаешь ли, ограниченное количество девиц. Начни я их возить по второму кругу могли бы возникнуть недоразумения.

Граф усмехнулся. Не в его правилах было сердиться на тетку, чья взбалмошность порой доводила отца графа, ее брата, до исступления.

– И чем же я заслужил честь принять у себя весь достопочтенный пансионат?

– Я просто хотела напомнить тебе о долге, дорогой. – Филис тут же увидела, как сказанное слово мрачной тенью легло на племянника. – Постой, я знаю, что ты сделал для семьи за последние годы, поверь мне, людей благодарнее нас ты не найдешь. Но ты граф, дорогой и у тебя действительно есть кузины, которым пора выходить в свет, Сельма и Катарина.

Граф нахмурился.

Были 4 года назад.

– Да-да, племянник, я вижу, ты вспомнил. – Тетка усмехнулась. – Сельме уже девятнадцать. Она пропустила сезон в прошлом году потому что подхватила простуду, но мне помнится ее мать почти заставляла девочку купаться в прохладном пруду только бы не ехать в Лондон. Нужно с этим покончить, дорогой и как можно быстрее.

– Я понял. – Граф прищурился. – Понял… Что ж, теперь апрель, пусть девочки берегут здоровье и шьют наряды, что б я их в одном и том же платье ни разу не видел.

Филис кашлянула.

– Все не так просто, дорогой. Не так это просто.

– Что? – Граф рассеянно пожал плечами, начиная утрачивать интерес к теме.

– Ты сбежал. Прости, добровольно покинул Лондон 4 года назад. За это время глупая история обросла невозможными подробностями, которые теперь включают в себя или дуэль, или соблазнение, иногда побег в Новый Свет.

Граф побледнел.

– Тетя, меня толкнули, и я со всего размаху влетел в декольте Терезы Спенсер, поставив ей огромный синяк под глазом и шишку на лбу. Как из этого могло вырасти то, о чем ты говоришь?

– Чудеса светской жизни. – Филис равнодушно пожала плечами. – Мило, что ты удивлен. Конечно, общество ты покинул по собственной воле. Поэтому путь к твоему возвращению быть может и будет короток, но тернист, а местами унизителен.