Мнемоны. Продавцы памяти. Часть первая. Ника

На голове Таши красовались огромные наушники и за электронным шумом, который кто-то по недоразумению назвал музыкой, она, конечно, ничего не слышала.

Я постучал пальцами по здоровенному полушарию наушника.

– А, чего? – Таша оторвала затуманенный взгляд от экрана и спустила наушники на шею.

– Гости у нас, милая, так что оденься, ладно?

– Сейчас, консультацию закончу.

– Нет, ты сначала оденешься, а потом закончишь, хорошо?

Взгляд Таши прояснился:

– И кто это к нам пожаловал?

– Не знаю, – я пожал плечами, – девушка, имя не назвала.

– Вот как? – Таша что-то быстро отбарабанила на клавиатуре и вновь взглянула на меня. – Во что ты опять влез?

– Ты бы оделась все же. – Вопрос я проигнорировал, так как ответа на него не знал.

Таша вновь что-то напечатала и прикрыла крышку ноута. Подхватив с кровати мою борцовку, она натянула ее на себя. Лучше стало на половину, теперь только одна грудь была на виду.

Ну что, блин, за характер!

– Ну, пойдем знакомиться, – голос ее мне не понравился.

Я вздохнул, в таком настроении переубедить Ташу надеть что-то более подобающее, было невозможно. Хорошо майка была такой длинны, что могла сойти за мини юбку. Я догнал ее прежде чем она вылетела в коридор и, поддернув лямки борцовки, так чтобы материя закрывала обе груди Таши, завязал их узлом на спине.

Я приобнял ее за плечи, не давая сделать последнего шага, и быстро зашептал на ухо:

– Таш, не злись, ладно? Девчонка была в беде, я помог, и все.

Я чмокнул ее в висок и ухватил за ягодицу. По тому, как она сжала мое запястье, прежде чем скинуть руку, я понял – буря улеглась, по крайней мере, на время.

Девушка, которую я привел, успела снять только один кроссовок.

– Привет. – Таша быстро осмотрела гостью. – Че стоим? – Это было уже мне.

Я присел и, отведя холодные пальцы девушки, быстро развязал мокрый узел шнурков. Ноги были совсем сырые.

Я оглянулся на Ташу, та кивнула, и я стянул мокрые тряпки, в которые превратились носки, с ледяных ног девушки. Ступни были маленькие и узкие, очень белые, с длинными пальцами и красивые. Я кашлянул и, выудив из-под вешалки меховые тапочки, помог ей обуться.