Разлучница

Алексей был блестящим бизнесменом – человеком, создавшим свою компанию, что называется, с нуля, собственными силами и превратившим ее в дизайнерский дом, производящий самые престижные драгоценности в мире. Успех Петрова, а также то, что он не любил афишировать себя и свою личную жизнь, лишь подогревали к нему интерес публики и прессы.

И теперь Маделин предстояло впервые встретиться с ним лицом к лицу. При одной мысли об этом внутри у нее все сжималось.

– Те, кому пришлось ждать своего обеда, возможно, думают по-другому, – сухо произнес Петров.

Маделин взглянула на свои ногти и, заметив отслоившийся кусочек лака, подумала, что надо освежить маникюр перед началом мероприятия.

– Этот вопрос должна решать охрана, а не я. А охрана мне не подчиняется.

Его глубокий смех эхом зазвучал в телефонной трубке. И в ней.

– Ваша безжалостность мне всегда нравилась.

Безжалостность? Может быть, она и стала немного безжалостной. Хотя в некоторой степени всего лишь разыгрывала это. Но она любила свою работу, нуждалась в ней, а Алексей ожидал от нее безупречного выполнения ее обязанностей.

– Хорошо, я поговорю с Джейкобом насчет дополнительных мер охраны. Полагаю, у вас больше нет вопросов? – спросила она.

– Как вам сказать…

– Вы пытаетесь вывести меня из себя? – Не справившись с всплеском адреналина, Маделин почувствовала раздражение.

Она могла сохранять спокойствие – всегда и с кем угодно.

– Возможно. Я немедленно уволил бы вас, если бы сомневался в вашей компетентности, Маделин, и, уж конечно, не стал бы продвигать дальше, – сказал Петров.

Он произнес ее имя так, что Маделин почувствовала, как побежали мурашки по спине.

– Значит, я могу расценивать это как похвалу моим рабочим качествам, – сказала она, изо всех сих стараясь взять себя в руки и снова стать спокойной, холодной и собранной.

Она давно уже не позволяла мужчинам отвлекать себя, служить ей помехой. Когда Маделин стала жить самостоятельно, она взяла себе это за правило. Она двигалась вперед, развивалась и никогда не оглядывалась на прошлое. Ей не хотелось смотреть на ту уязвимую, беспомощную девушку, которой она была пять лет назад.

– Но сегодня все подготовлено лучшим образом, – твердо сказала она.

– Хорошо.