Брак поневоле

Сильнейшее притяжение, которое он чувствовал к ней, – это дополнительный приз. Макс не собирался прожить монахом всю оставшуюся жизнь, но случайные знакомства и связи на одну ночь ему также не подходили. Он был женат семь лет, и прошло девять лет с тех пор, как он спал с кем-то, кроме своей жены. Его «черный список» побед утратил актуальность. В тридцать шесть он чувствовал себя слишком старым, чтобы предаваться этому снова.

Поэтому брак с Элисон был бы полезен. Макса потрясло, насколько сильно его привлекает Элисон, хотя объяснение этому есть – долгое воздержание, так что нечего удивляться, что его либидо пробудилось от зимней спячки.

Красавица-искусительница сидит прямо напротив него. Молочно-белая кожа, безупречная фигура – это то, что ему требуется, чтобы утолить свой мужской голод. Она не похожа на его жену. Селена была высокой и худощавой, а макушка Элисон едва могла достать ему до подбородка. А ее формы… могли удовлетворить любого мужчину. Ее грудь наверняка едва поместилась бы в его ладонях.

От желания стянуло живот, пах, и он задвигался, чтобы не давили брюки и чтобы Элисон не догадалась, как он возбудился. Не хватало еще, чтобы его, словно мальчишку-подростка, поймали на неумении скрывать нужды своего тела.

– И вы любите детей? – спросил он.

Она кивнула, и волна соломенных волос упала ей на плечо.

– Я всегда хотела стать матерью.

– Но не женой?

Она повела плечами, и Макс не мог отвести глаз от колыхания ее груди.

– Длительные отношения – это очень сложно.

– Как и быть матерью.

– Да, но это совсем другое. От вас зависит ребенок. Дети приходят в мир с любовью к вам, а уж вам остается ценить это, заботиться о них и любить их в ответ. А семейные отношения, брак… это значит зависеть от кого-то еще.

– Для вас это преграда?

– Это требует такую веру в человеческую натуру, которой я не обладаю.

– И вы выбрали для себя путь матери-одиночки, а не семью?

Она сдвинула брови, губы у нее при этом соблазнительно надулись.

– Я не собиралась обязательно стать матерью-одиночкой.

Я просто хотела быть матерью. Что касается длительных отношений… я не думала о том, нужны они мне или нет.

– Неужели настолько плохо для нашего ребенка иметь обоих родителей?

Она отвернулась от него и уставилась в окно:

– Не знаю, Максимо. Давайте поговорим об этом позже, после теста?

Он кивнул:

– Как пожелаете. Но нам все равно придется обсудить наши взгляды.

– Знаю.

– Я понимаю – это не то, что вы спланировали.