Бодхисаттва. Китайская сказка о любви

Столько нежности в неожиданном сочетании с тоской! Что может быть страшнее безнадежности, бесповоротности, фатальности, когда понимаешь, что ничего изменить уже нельзя, и колесница Судьбы несется вперед, а тем, кто хочет сменить направление или остановить колесницу, придется дорого за это заплатить. Мой вопросительный взгляд вывел Шэнли из его собственных мыслей, он встрепенулся, точно преступник, которого застали врасплох, в это мгновение раздался голос Яннань, показавшийся в тот хрустальный миг громовым: «Переходим к обсуждению».

Наш безмолвный диалог тут же закончился, и его глаза не успели ответить на мой вопросительный взгляд.

– Мэй, давай с тебя начнем.

Я быстро собралась с мыслями, вспомнив, о чем думала до молчаливого диалога с Шэнли.

– Мне больше всего нравится, что Иисус объясняет все ученикам с помощью метафор, так, чтобы им было понятно. Человек не всегда сможет принять и понять даже самую настоящую, доказанную, подтвержденную истину. «Какой мерою мерит, такою и вам будут мерить».

Иисус просит учеников не осуждать, не критиковать, не тратить свои силы на такое бесполезное занятие, ведь не так легко понять, почему человек поступил так или иначе, что мы знаем о других, когда даже сами себя подчас понять не в силах.

До Шэнли очередь не дошла, все заторопились на ужин, и скоро мы разошлись. Мне хотелось поговорить с Шэнли наедине, но его знакомая отправилась ужинать с нами, и мы беззаботно проболтали о какой-то ерунде, склонившись над парящей жаром длинной, как Великая китайская стена, лапшой.

Следующие несколько дней мы с Шэнли не виделись. Он готовился к экзаменам и занимался репетиторством со школьниками, решившими поступить на факультет каллиграфии в следующем году. В глубине души я боялась, что это все отговорки, он просто не хочет меня видеть по неизвестным для меня причинам. Но по всем просмотренным сериалам, по опыту подружек, по словам красавицы-бабушки я знала, что «вешаться на шею и выпрашивать для себя времени и внимания – то же самое, что перетягивать одеяло на себя, а это для уважающей себя девушки непростительно.

Одеялом должны покрыть тебя и еще подоткнуть его, чтобы холодный воздух не проникал внутрь». Я не знала, как правильно себя вести и что делать.

Зима пришла не только ко мне в сердце, но и в мир. Все стало холодное и ясное – и небо, и листва, и магазины, и фонари, и дорога. Лил дождь, падал снег и задувал ветер, но моя избалованная душа рвалась на улицу, я не могла не разрешить ей.