Клинок Тишалла

Кейну не раз приходилось бывать в подобных местах, и он отлично помнил, как там смердит.

Брюхо одного из покойников лопнуло с мягким, чавкающим хлюпаньем. Взгляд Росси продемонстрировал размах бойни – всюду тела, некоторые изрублены в куски, потом точка зрения Актера снова двинулась вперед.

Вот это движение, это знакомое по множеству записей метание взгляда выдало его. У Хари зазудели пальцы. В миг ошеломительного озарения он понял, что происходит. Тот, кто захватил Росси, использовал его как видеокамеру.

Это было плохо.

Из динамиков в суфлерке доносились невнятные, перебиваемые шипением полуслова, рваные ошметки фраз – попытки программы-переводчика справиться с незнакомым наречием. Телеметрия показывала, что пульс Росси и содержание адреналина в его крови переходят за красную линию шкалы.

– Что это за язык? – спросил Хари. – Разобрались уже?

– Программа не распознает, сэр. Может, какой-то из эльфийских диалектов… не думаете?

«Эльфийский диалект.

– Посмотрите на телеметрию. По-моему, Росси все понимает, даже когда программа не справляется. Он перепуган до судорог – и про внутренний голос не вспомнил, господи боже мой! Фрэнк – Профессионал, он бы из-за пары раздутых трупов не забыл, что должен вести монолог!

Взгляд Актера наткнулся на первое живое существо: лысый, нездорового вида эльф без бровей, рослый и для своей расы необычно широкоплечий. Одет он был в простую, однако новенькую и чистую белую рубаху, перетянутую пояском, и бурые обтягивающие штаны.

Эльф двинулся к Росси странной, неуверенной походкой, будто ноги его не вполне слушались и приходилось переносить вес то на одну, то на другую, чтобы сдвинуться с места.

Он заговорил, и в динамиках послышалась тарабарщина.

– Кто этот парень? – спросил Хари.

– Не знаем, сэр. Мы его уже видели. Судя по всему, это тот, кто взял Актера в плен.

Хари вгляделся в экран.

– Выключите переводчика.

– Сэр?

– Закройте программу перевода.

– Но, сэр, без компьютера у нас нет возможности проанализировать фонемный…

– Послушай, идиот! Это все спектакль, ты понял? Он не в лесу – он до сих пор в Анхане. В «Чужих играх». Это пьеса, а мы – зрители. Нам отправляют сообщение, и те, кто делает это, уж точно не станут тратить столько усилий, чтобы бормотать на непонятном языке. Выключи долбаного переводчика!

– Слушаюсь!

Когда программа отключилась, динамики на пару секунд смолкли.