Клинок Тишалла

Если уж на то пошло, каким образом посол Монастырей забрался так глубоко во чрево замка без ведома хозяина? Гаррет раздраженно мотнул головой.

– Хорошо, – решительно бросил он. – Передайте его превосходительству, что, как только я закончу здесь…

И он умолк – дверь за спиной охранника неслышно распахнулась, открыв взгляду терпеливо ожидающего Райте. Посол стоял очень прямо и совершенно неподвижно. Складки алой с золотом сутаны ниспадали, словно вырезанные из коралла. Руки монах сложил на груди странным образом и шевелил пальцами так, что Гаррет не успевал следить за их движением…

– О… – выдавил Гаррет со смешанным чувством облегчения и благодарности.

 – Ну слава богу… – Райте пришел! Наконец-то! Гаррет и не подозревал, насколько соскучился по Райте, до какой степени нуждался в ободряющем присутствии друга. – Райте! – воскликнул он, светлея лицом. Вот теперь Гаррет мог вздохнуть свободно. – Заходи, заходи, будь любезен. Передать не могу, как я рад тебя видеть.

Посол Монастырей вступил в комнату:

– А я рад, что прибыл вовремя.

Отошли своего стражника на пост.

– Конечно-конечно. – Гаррет махнул рукой охраннику, и тот вернулся в коридор к своему напарнику. – Дверь закрой, придурок!

– Не стоит, – негромко проговорил Райте.

Он посмотрел на дверь, и та закрылась.

Сама.

У Гаррета отвалилась челюсть.

– Что?

Райте перевел взгляд на ручку двери, сощурив бесцветные глаза. Собачка замка встала на место с явственным «щелк», прозвучавшим в тишине как звук медленно, уверенно взведенного курка.

– Что?

Дверь напротив щелкнула так же громко. Райте перевел взгляд на третью дверь, и та тоже заперлась. Друг за другом затворялись с лязгом железные ставни и замыкались, щелкая, засовы.

– Райте… – неуверенно проговорил Гаррет. – Райте, что ты делаешь?

Поджав губы, посол по очереди оглядел собравшихся и всем уделил по сдержанной улыбке.

– Не даю сбежать этим убийцам.

Квеллиар обернулся с нечеловеческим, нарочитым изяществом поднимающей голову кобры.

– Дитя людское, – проговорил он. Веселые колокольчики в его голосе уступили место дальнему, древнему, холодному набатному звону. – Я старейший из Массаллов. Это твои шутовские забавы? Я учил подобным десять поколений твоих предков за тысячу лет до твоего рождения, когда люди были не более чем нашими… – мрачный взгляд в сторону Гаррета, – партнерами. Не заставляй нас демонстрировать, что опыт приходит со временем.