Герои умирают

Гони монету.

Подмигнув Луму, я резко разворачиваюсь, как будто хочу дать подошедшему в ухо, и действительно попадаю ему бараньей ногой в голову. От неожиданности Рыцарь перегибается пополам, а я тычу ему бараньей костью в нос; брызжет кровь, Рыцарь выпрямляется и тут же во весь рост вытягивается в грязи. Лум, охнув, прячется за гриль, прохожие, которые шли мимо по своим делам, тут же окружают нас толпой любопытных зевак.

Пока Рыцарь прочухивается и делает попытку встать, я откусываю еще кусок мяса.

– Это тебе намек, парень, – дружески говорю ему я. – Никогда не назначай штрафов, которые не сможешь собрать. Такие вещи плохо сказываются на репутации. Ты теряешь уважение толпы.

К нам, раздвигая возбужденных зрителей, уже идет его напарник. Я улыбаюсь, машу ему рукой, и он прячет меч в ножны.

– Извини, Кейн. Парень новичок. Ну, ты понимаешь.

– Нет проблем. Ты ведь Томми, да? Точно, из Подземного источника. Ну что, как бизнес?

Он ухмыляется, довольный тем, что я его вспомнил.

– Да, блин, нормально. А ты знаешь, что за тебя объявлена награда?

– Догадываюсь. И сколько?

– Две сотни. Золотом.

Кусок баранины едва не застревает у меня в горле.

– Большие деньги.

Парень тем временем поднимается с земли и уже тянет из ножен меч, когда Томми дает ему второго тумака в то же ухо.

– Брось, дурак. Это Кейн, понял? Почетный Барон Арго. Будешь на него залупаться, он тебя убьет, а если он пожалеет, так величество сам потом оторвет тебе яйца и съест на завтрак.

Парень решает, что яйца ему еще пригодятся, и оставляет в покое меч.

– Кстати, – встреваю я, – мне бы потолковать с Королем.

Томми поворачивается и смотрит на меня так, будто впервые видит:

– Он занят.

– Позарез надо, Томми.

Томми смотрит вдаль – видно, примеривает, что перевесит: гнев Короля, когда его отвлекут от дела, или благодарность, которую величество еще, возможно, испытывает ко мне.

– Ладно. Пошли.

– Эй, Лум? Вылезай, все кончилось, – говорю я. Он высовывается из-за гриля, и я кидаю ему серебряный нобль из тех, которыми снабдила меня Студия. Я же не вор. – Баранина у тебя, кстати, дерьмовая. Сдачи не надо.

Он часто моргает:

– Э-э-э… спасибо… наверное.

Томми ведет меня вокруг стадиона. Его напарник идет за нами, прижимая к кровоточащему носу заскорузлый платок.