Забег к концу света

Недлинные вертикальные штрихи, нанесенные черным перманентным маркером прямо у запястья. У Мисти было семь линий, у Хэтти четыре, а у Верити три. Кое-кто из парней в компании тоже щеголял такими вертикальными отметинами. У Бо их было четыре, а у Дэйна Саммерхейза три. А потом, ранним утром после Международного бала дебютанток, брат вернулся домой невероятно взбудораженный и с бурлившим в крови адреналином.

Он ввалился в мою комнату и разбудил меня, его белая бабочка свисала с воротника, а волосы слиплись от пота.

– Честное слово, Блу, клянусь, я ничего не принимал, – сказал Рэд, пытаясь отдышаться. – Нет. То, что произошло – круче любого наркотика. Я сейчас расскажу тебе, но ты должна поклясться – на полном серьезе поклясться, – что никому об этом не расскажешь. Ни маме, ни папе, ни Тодду, ни особенно Мисти или кому-то еще из девочек в школе. Они тоже там были, и мне конец, если они узнают, что я тебе все рассказал.

Я никогда не видела брата таким. Рэда вообще ничего не могло выбить из колеи, а тут он трещал без остановки, как придурок. И тут я увидела его левое запястье, а на нем – один вертикальный штрих, нанесенный черным маркером.

– Во что ты вляпался? – медленно произнесла я.

Часть II

Тайное общество любителей бега

Держать свой секрет в тайне мудро,

но глупо ожидать, что и другие его сохранят.

    Сэмюель Джонсон

Глава 9

Первый забег Рэда

Рэд начал с того, что рассказал мне про бал.

Это было шикарное мероприятие. Отель «Уолдорф Астория» был великолепно украшен, средств на декор не жалели. На балу присутствовали два сенатора, три посла, вице-губернатор Нью-Йорка и по меньшей мере четыре председателя компаний из списка Fortune 500[24 - Рейтинг крупнейших мировых компаний, составляется ежегодно журналом Fortune.]. Дамы в бриллиантах раскланивались и обменивались воздушными поцелуями, а дебютантки блистали в своих белоснежных дизайнерских платьях.

Для родителей самым важным моментом вечера являлась, конечно же, официальная часть бала, когда дебютанток по очереди представляли гостям. Сами же девушки рассматривали это как испытание, которое нужно пережить, не споткнувшись, что стало бы, как выразилась Мисти, «самым страшным унижением в жизни». Для молодежи настоящее веселье начиналось позже.

– Это было нечто, Блу, – рассказывал Рэд.