Assassin’s Creed. Валгалла: Сага о Гейрмунне

– Я и получал раны похуже этой, – усмехнулся Стейнольфур. – Такие есть даже у нашего парня.

Шальги молчал и бесстрастно смотрел на рану Гейрмунна. Таких ран на его теле, конечно же, не было, но глубокий, изломанный шрам над глазом свидетельствовал, что он и впрямь видал раны похуже этой. Упавшее дерево насмерть раздавило его отца. Сам он только чудом не погиб. Шальги было достаточно лет, чтобы носить копье, а вот бородой он еще не обзавелся. Но в отличие от Гейрмунна он непременно отрастит бороду, когда волосы решат, что он достиг зрелости.

– По-моему, перед нами – сын Хьёра, – вздохнул Стейнольфур и пихнул локтем Шальги, чтобы хоть немного развеселить парня и унять его страх. – А значит, мы должны возиться с ним, как с тщедушным щенком, и в случае чего все шишки повалятся на нас.

– Я тоже так думаю, – тихо согласился Шальги.

– Итак. – Стейнольфур хмуро покосился на руку Гейрмунна. – Сдается мне, ты хочешь сохранить свою лапу.

– Если получится, да, – признался Гейрмунн. – Мой меч будет скучать без нее.

– Неужели? Меч тоже нуждается в прокорме. Бьюсь об заклад, он с радостью найдет другую руку, которая будет обращаться с ним лучше.

– Вроде твоей? – спросил Шальги, улыбаясь во весь рот.

– Возможно, – пожал плечами Стейнольфур. – Но у меня уже есть меч, и потому я изо всех сил постараюсь не разлучать руку Гейрмунна с его мечом, – улыбнулся Стейнольфур, но тут же вновь стал серьезным. – Но по возвращении тебе тоже понадобится помощь врачевателя.

Гейрмунн кивнул:

– Быть может, это отчасти охладит отцовский гнев.

– Быть может. – Стейнольфур повернулся к Шальги. – Принеси еще воды. И ромашки, что не пахнет, если сумеешь найти.

Шальги высыпал из бурдюков камни и зашагал к фьорду. Гейрмунн дождался, пока парень отойдет подальше.

– Ты ведь задержал меня тут не только из-за руки, – проговорил он. – Ты хотел что-то сказать.

– Верно. – Стейнольфур вновь положил камни в огонь. – И вот что я тебе скажу: никто бы плохо о тебе не подумал. Никто не вздумал бы тебя винить.

– За что? – с вызовом спросил Гейрмунн, прекрасно зная, куда клонит Стейнольфур.

Бывалый воин почесал лоб и вздохнул:

– Люди умирают. Таков порядок вещей.

Гейрмунн наклонился к Стейнольфуру. Его щеки пылали, разогретые жаром костра.

– Хамунн – мой брат.

Стейнольфур кивнул, шевеля палкой камни, чтобы равномерно нагревались.

– Братья тоже умирают. На юге, откуда я родом…

– Мы в Ругаланне. – Гейрмунн ощутил ком в горле.