Assassin’s Creed. Валгалла: Сага о Гейрмунне

 – Гейрмунн, никак ты?

– Я, – ответил Гейрмунн, у него дрожали руки.

– Что за странные сани ты волочешь? – Стейнольфур спешился и подошел к нему. – И где Хамунн?

– Лежит на странных санях, – ответил Хамунн.

Шальги тоже спешился. Оба подбежали, готовые взяться за концы санных шестов. Им пришлось навалиться и ослабить шесты, и дело было не в упрямстве Гейрмунна. Он просто не мог разжать онемевшие пальцы. Тогда Шальги принял на себя вес саней, а Стейнольфур тем временем снял веревки с плеч Гейрмунна.

– Клянусь богами, – прошептал Стейнольфур, заглядывая Гейрмунну в глаза. – Что с вами приключилось?

– Волки напали, – сказал Хамунн.

– Волки? – удивился Шальги, приподнимая санные шесты. – Где?

– В нескольких днях пути отсюда, – пояснил Гейрмунн. – Близ Олунна.

– Близ Олунна? – покачал головой Стейнольфур. – Вы же собирались охотиться на белок. Ваш отец разослал поисковые отряды, но не в такую даль, как Олунн.

– Нам захотелось добычи покрупнее, чем белки, – сказал Хамунн.

– Стейнольфур, послушай меня. – Гейрмунн вспомнил, что до сих пор не сказал главного. – У моего брата большая рана ниже правой подмышки. Ему нужна помощь врачевателя.

– Верхом ехать сможешь? – спросил Стейнольфур, взглянув на лежащего Хамунна.

– Смогу, только очень недолго.

– Пусть кто-нибудь возьмет его к себе в седло, – сказал Гейрмунн.

Отозвался всадник по имени Эгил:

– Моя лошадь выдержит Адскую Шкуру.

Гейрмунн пропустил мимо ушей ненавистное прозвище, которым еще в детстве наградили их с братом.

Стейнольфур кивнул:

– У Эгила самая сильная лошадь.

Он велел Шальги отвязать Хамунна, затем снова повернулся к Гейрмунну:

– А с тобой что? Как вижу, у тебя ранена рука.

Гейрмунн только сейчас вспомнил о своей ране. Кровь на рукаве давно высохла, смешавшись с грязью там, где волчьи зубы вырвали клочья кожаного плаща и шерстяной рубашки.

– Я ее толком и не осматривал.

– Отправим твоего брата, а потом я осмотрю твою руку, – сказал Стейнольфур.

Эгил подъехал на могучем златогривом жеребце, шкура которого тоже была золотистого цвета. Остальные всадники спешились, подняли Хамунна и усадили впереди Эгила. Убедившись, что Хамунн крепко сидит в седле, Стейнольфур обратился к отряду:

– Мы с Шальги тут немного задержимся с Гейрмунном. А вы поезжайте. Еще до захода солнца Хамунн должен быть в усадьбе конунга Хьёра.