Я все знаю

Вокруг не было ни души, как ему и хотелось: нужно было отдохнуть после вчерашнего вечера и звонка Джины, которая сначала устроила форменную истерику, но потом, слава богу, успокоилась и согласилась передать печальные новости остальным друзьям Аманды.

Аманда была единственным ребенком, и теперь единственным оставшимся в живых членом семьи была ее переехавшая на Западное побережье мать. У Рэндалла не было никакого способа связи с ней, так что он позвонил тете Аманды, проживавшей во Флориде, и ее двоюродным сестрам из Колорадо и Миссисипи.

Ответом ему были очередные порции слез и куча обещаний поскорее приехать и устроить все как нельзя лучше. Родственницы Аманды предложили передать новости остальным членам их сравнительно небольшой семьи, и он с облегчением согласился. Они обменялись электронными адресами; Рэндалл пообещал, что вышлет информацию о дате и месте похорон, как только сумеет более-менее прийти в себя. Горе вперемешку с огромной ответственностью волной обрушилось на его плечи и словно бы бросило на острые скалы. Аманда была мертва – и ее нужно было достойно похоронить.

Зеленая аллея, обычно заполненная студентами, была пуста. Рэндаллу нравилось, каким оживленным порой бывал кампус: здесь повсюду чувствовалась сила молодости, оптимистический настрой и заразительная жажда успеха. До возвращения молодежи с каникул оставалась еще пара-тройка недель. Рэндалл задумался, сможет ли он когда-либо снова почувствовать что-то светлое – даже в окружении всех своих учеников. Что-то внутри его безвозвратно исчезло.

– Доктор Брок?

Рэндалл чуть не свалился с подоконника, оборачиваясь назад. В дверном проеме виднелась мужская фигура – там стоял человек примерно его роста и возраста, может быть, чуть моложе, но уж точно не студент. Взлохмаченные волосы свешивались ему прямо до бровей, почти все лицо покрывала густая щетина. Человек стоял в тени коридора, и его глаза казались почти черными. Он был одет в длинное черное пальто.

– Вчера вы были у меня на участке, – проговорил Рэндалл.

 – Я помню ваше пальто.

– Да, это так.

– И на вечеринке Аманды. Вы там были, да, да, я помню, только у вас была несколько другая прическа.

– Нам нужно поговорить.

Человек пересек комнату и опустился в одно из кресел, в которых Питер и Рэндалл обычно сидели во время встреч с пациентами. Сбоку стояла выключенная камера на треноге. Человек откинулся назад, сбросил пальто с плеч и скрестил ноги. Одет он был довольно просто: джинсы и белая рубашка на пуговицах.