Обнаружители Магии. Змеиная гора

Август побагровел под цвет стен этого храма «развлечений», но все же зашел внутрь вслед за остальными. Походка его переводчика стала легче, и он по-хозяйски указал друзьям на полукруглый диван в центре помещения, пока сам подходил к лакированной стойке из красного дерева. Стоящий за ней подросток-тифлинг с обломанным рогом, сливавшийся со стойкой из-за своей красной кожи, поднял глаза на посетителей.

– Твою мать, – цыкнул он, – я уж надеялся, что ты помер.

– Я тоже рад тебя видеть, Раскус! – захохотал Иоахим, попытавшись похлопать парнишку по плечу, но тот вовремя увернулся от приближавшейся ладони.

– Как твои дела, как здесь обстановка? Мои вещи на месте? – затараторил волшебник, предпринимая еще несколько бесполезных попыток побрататься.

– Чего ты до меня докопался? – огрызнулся мальчишка. – Эти с тобой пришли? Добро пожаловать в «Девять кругов Рая».

В голосе подростка не было ни намека на дружелюбие или вежливость, словно он выхаркивал каждое слово приветствия на пол. Агарвейн, задумчиво жующая взятый из таверны бутерброд, пристально вгляделась в мальчишку, а затем окинула взглядом интерьер, немного поелозив по приятной бархатной ткани дивана.

– Это же бордель, – на стыке утверждающей и уточняющей интонации сказала она.

Раскус возвел глаза к потолку. Точнее, к нижней части нависающего над ним балкона, по бокам от которого отходили две слегка закрученные лестницы. На одной из лестниц послышался цокот каблучков, словно недовольство тифлинга было условным призывающим знаком.

– Зайчик! Зайчик вернулся! – тонкий женский голосок разнесся по «Девяти кругам Рая». Его обладательница, миниатюрная тифлингша с кожей небесного цвета, элегантно соскользнула с последней ступеньки прямо в объятия Иоахима, тут же принимаясь его расцеловывать.

Большей частью она и другие девушки, вышедшие на ее зов, были одеты, если за одетость принимать количество предметов одежды, а не степень прикрытости тела. Множество ленточек, подвязок, бряцающих колечек и браслетов вкупе с глубокими декольте и приподнятыми юбками, еле прикрывающими верхние края чулок, почти никак не скрывали то, за чем сюда приходили посетители.

Пока первая тифлингша радостно обчмокивала лицо волшебника, а другие набрасывались на него с других сторон, Раскус вышел из-за стойки с подносом, на котором стояли бокалы и графин с вином. Он нехотя расставил их перед сидящими на диване путешественниками, наблюдавшими за картиной воссоединения.