Часы

 – Это что такое, Лу? – он взволнованно посмотрел на меня, и я почувствовала, как нервы натягиваются в струну.

Требовалось немало времени, чтобы привыкнуть к некоторым чертам Джейка. На первый взгляд, могло показаться, что он несерьезен в каких-то вопросах, но за трогательной личиной ребяческой непосредственности скрывался довольно жесткий, принципиальный человек, редко идущий на уступки. И порой его стремление защитить и уберечь меня от всего выливалось в горячие споры о моей собственной свободе – поступков, желаний.

Я улыбнулась – деваться было некуда.

– Углубляюсь в нашу историю…

Его брови взметнулись вверх:

– Это мало похоже на семейный альбом…

Его глаза продолжали настойчиво сверлить меня, выпрашивая ответ.

– Это дневник, – бросила я и снова потянулась к тетради, однако он еще дальше отвел руку.

– Чей? – он расцепил пальцы, и, пока я терла запястье, пролистнул пару страниц.

– Брата Сьюзан.

Джейк помрачнел. Конечно, ему не показалось. Одно случайное слово, мелькнувшее перед носом – и надо мной нависла ужасная угроза. Я уже предвкушала, что будет дальше. Сценарий никогда не менялся: он снова попытается запретить мне то, чего я хочу. Далее ситуация накалится, и либо я молча сдамся под натиском сухих и скучных аргументов, либо обрушу на себя все его негодование. Правда, столкнувшись с такой реакцией однажды, с каждым разом учишься находить все более достойные способы выйти из ситуации.

Мне грустно осознавать, что в последнее время непонимание между нами усиливалось.

– Думаю, тебе не стоит читать такие вещи, – как по шаблону проговорил Джейк и положил тетрадь себе на колено. – Мало ли, что он там напишет… Откуда вообще у тебя его дневник?

– Сьюзан дала, – я решила прямо отвечать на вопросы.

– Когда?

– Когда мы ездили к нему домой.

– Замечательно, – он обиженно поджал губы и уставился перед собой. – Получается, ты мне соврала?

– Я не рассказала. Это разные вещи.

Такое оправдание моему поступку звучало слабо, но лучше мне придумать не удалось. Почему я умолчала? Потому что боялась, что так все и закончится?

Удивительно, как легко мы стали проваливаться из одного зеркального мира в другой.