Хрустальный грот. Полые холмы (сборник)

Я чуть было не забыл, что ты всего лишь ребенок. Когда ты так вот смотришь… – Кердик поежился. – Но ты должен пообещать мне, что никому больше не скажешь о том, что услышал.

– Ладно, Кердик. Я обещаю. Но только если ты взамен пообещаешь мне кое-что сказать.

– И что же?

– Кто мой отец?

Кердик поперхнулся пивом, медленно вытер пену с лица, отложил рог и с неудовольствием посмотрел на меня.

– С чего ты взял, что мне это известно?

– Я думал, тебе могла сказать Моравик.

– А что, она знает?

В голосе Кердика звучало такое удивление, что я сразу ему поверил.

– Когда я ее спросил, она ответила, что есть вещи, которых лучше вообще не касаться.

– И правильно сказала. Хотя, по-моему, это была просто отговорка и Моравик известно не больше, чем всем остальным. Но если тебе, юный Мерлин, интересно, что об этом думаю я, так я тебе скажу, что, если бы госпожа считала нужным, чтобы ты знал, кто твой отец, она сама бы тебе и рассказала. Но что-то мне сомнительно, чтобы ты это узнал в ближайшем будущем.

Я увидел, что он еще раз сделал охранительный знак, но теперь уже стараясь, чтобы я этого не заметил.

– Ты дал мне слово. Не забыл?

– Нет.

– Я присматривался к тебе. Ты не похож на других, и иногда я думаю, что ты ближе к диким животным, чем к людям. Ты знаешь, что имя, которое дала тебе мать, означает «сокол»?

Я кивнул.

– Ну ладно, ты вот о чем подумай. Пока что лучше бы тебе выбросить из головы мысли о соколах.

– Диких голубей, которые пьют из фонтана вместе с белыми голубями, а потом улетают прочь? Конечно. Я кормлю их зимой, вместе с домашними.

– У меня на родине говорят, что у вяхирей много врагов, потому что у них нежное мясо и вкусные яйца. Но они живут и благоденствуют, потому что умеют вовремя улететь. Госпожа Ниниана может называть тебя соколом, если ей так угодно, но тебе еще далеко до сокола, юный Мерлин.

Кердик покачал головой и протянул руку, чтобы помочь мне подняться.

– Как твоя рана?

– Жжет.

– Значит, уже затягивается. На самом деле там ничего серьезного, должно быстро зажить.

Рана действительно зажила быстро, не оставив после себя ни малейшего следа. Но я помню, как она ныла той ночью.