Хрустальный грот. Полые холмы (сборник)

Разве тебе не говорили… – Он остановился как вкопанный и схватился за кинжал. Его тон переменился. – Это лошадь Кадаля!

Он вертел головой из стороны в сторону, словно пес, вынюхивающий дичь.

– Это я на ней приехал. Я же тебе говорил, что мой пони охромел. Кадаль, наверно, поехал домой, взяв одну из твоих лошадей.

Я отвязал кобылу и вывел ее на тропу, открытую лунному свету.

Белазий сунул кинжал в ножны, и мы пошли дальше. Кобыла тыкалась мордой мне в плечо. Нога у меня почти прошла.

– Значит, и Кадаля тоже надо было убить? – спросил я.

– И то и другое. Мы собираемся там, где можно. Сегодня вот собирались на острове – это место достаточно безопасное, в ночь равноденствия сюда обычно ни одна душа и близко не подходит. Но если это дойдет до Будека, у нас будут неприятности. Человек, которого мы убили этой ночью, был одним из людей короля.

– А теперь они его найдут?

– Найдут. Далеко отсюда, в лесу. Они решат, что его растерзал дикий вепрь. – Он снова искоса взглянул на меня. – Можно сказать, что он умер легко. В старые времена ему бы вырезали пуп и гоняли бы вокруг священного древа, пока кишки не намотаются на него, словно шерсть на веретено.

– А Амброзий знает об этом?

– Амброзий тоже человек короля.

Некоторое время мы шли молча.

– Белазий, а что будет со мной?

– Ничего.

– Но разве подглядывать за тайным обрядом не святотатство?

– Не беспокойся, – сухо ответил Белазий. – У Амброзия длинные руки. Что это с тобой?

Я покачал головой. Я не смог бы объяснить этого словами даже самому себе. У меня возникло такое чувство, словно я стоял безоружным посреди битвы и вдруг мне в руку вложили щит.

– Тебе не было страшно? – спросил Белазий.

– Нет.

– Это похоже на правду, клянусь богиней! Да, Амброзий был прав.

– Даже если и так, это не та отвага, которой стоит восхищаться. Когда-то я думал, что я лучше других детей, потому что не боюсь многого из того, чего боятся они. У меня, конечно, были свои страхи, но я умел держать их при себе. Я полагаю, это было что-то вроде гордости. Но теперь я начинаю понимать, почему даже тогда, когда я вижу впереди опасность и смерть, я смело иду вперед.

Белазий остановился. Мы были уже почти у самой рощи.