Без любви не считается

Диана почти в полтора раза меньше брата, но говорит и смотрит так, словно у нее под футболкой базука. Прижимаю пальцы к губам, чтобы они не жили своей жизнью и не смели улыбаться, и продолжаю делать вид, что очень занят. Слышится страдальческий вздох, шорох одежды, и когда я снова смотрю вперед, то вижу только исчезающую спину мелкой террористки и идиота-друга, стоящего в трусах рядом со столом.

– Ни слова, – мрачно произносит он, опускаясь на стул.

– Не почку отжала, и то хорошо, – смеется Мышь.

– Я у тебя сейчас мозг отожму, – рычу я.

– Да, я приглашу к нам несколько знакомых ребят. Может, еще кого-то подыщу.

– Отлично, – киваю я и поворачиваюсь к дуэту «Сочь». – А теперь вы…

Время за обсуждением планов на неделю летит почти незаметно. Парни наконец включаются в рабочий процесс, но их настрой сдувает утренний ветер, который приносит с собой Диана, вновь появляясь в столовой. Она опускает на середину стола бумажный пакет и вытаскивает несколько подставок с картонными стаканами.

– В качестве извинений за неудобства, – говорит она, расставляя кофе перед каждым из присутствующих. – Любимому старшенькому – латте на банановом молоке, Николаю – капучино с фисташковым сиропом. Вам, двое из ларца, капучино на кокосовом молоке с ирландским кремом, а тебе… недовольный хмурый мальчик, американо с корицей и двумя ложками сливок.

Диана наклоняется рядом со мной, чтобы поставить стакан, ее волосы касаются руки. Стискиваю зубы и не произношу ни слова.

– Ну вот и все! Не смею больше вас тревожить. Хотя нет…

Она опирается о мое плечо и стаскивает шорты, поднимая сначала одну ногу, а затем вторую. Швыряет их через стол точно Диме в руки и, прихватив свой кофе, выходит из комнаты. Шея горит в желании оглянуться, но я смотрю Диме в глаза, всем видом показывая, что ему стоило обсудить со мной нового жильца.

– Вкуснятина! – блаженно причмокивает Мышь. – Дим, чего ты ее раньше к нам не поселил? Красавица, умница и…

«И я ее выпорю.

Сука! Это все из-за нее!

– Ребят, спускайтесь в студию, мы с Марком подойдем чуть позже, – весело лопочет Дима, снисходительно глядя мне в глаза.

Тяжело вздыхаю, потому что точно знаю, к чему он клонит.