Враг моего отца хочет меня

И пусть я покажусь уязвимой, но позволяю голодной слюне затопить пустой желудок, когда аромат теплой еды затуманивает мой мозг. Даже мираж члена Беса в моем рту не помогает затмить ярое желание наброситься на жалкую подачку от своего похитителя. Господи, я такая голодная, что в животе все болезненно посасывает и урчит… чувствую себя самым настоящим животным, которому бросили окровавленный кусок мяса, и все инстинкты подавляют любую возможность сопротивляться этому.

Сглотнув вязкую слюну, я принимаю попытку оторвать руки от матраса и приблизиться к еде, но тут же, пошатнувшись, упираюсь ими в кровать.

Зажмуриваюсь до белых мушек перед глазами, чертово головокружение. Чертовы оковы. Чертова жизнь!

Делаю глубокий вдох, как вдруг мрачная тень, стоявшая надо мной, двигается и снова позволяет ощутить сладкую свободу, когда Бес снимает наручники, с бряканьем приземляющиеся рядом.

Не собираясь его благодарить, с трудом усаживаюсь, скрещивая ноги по-турецки, и беру дрожащими пальцами палочки, торчащие из коробки, однако запястья настолько затекли, что кажется, руки совершенно меня не слушаются.

Попытка за попыткой не дают никаких результатов, еда ускользает от меня, как по закону подлости, но вдруг матрас проминается, а палочки исчезают из моих рук, прежде чем я успеваю осознать это.

– Повторюсь еще раз. Ты в моих руках, моя пленница, вещь, моя игрушка. Ты никто, ясно? Поэтому не становись моей обузой.

Не вынуждай меня избавляться от тебя раньше времени. Еще раз доведешь себя до такого состояния… – Хватит меня пугать! – резко выпаливаю, до боли сжимая в кулаках покрывало. – Хотел бы убить, убил бы! – огрызаюсь, ведомая жутким раздражением, беспомощностью и голодом. Я готова  наброситься на него, лишь бы он уже заткнулся и просто помог еде попасть в мой рот.

Только вместо этого я получаю надменный смешок и убийственный взгляд из-под густых черных ресниц, который снова показывает мне, какая я жалкая.

Высокомерный ублюдок!

Даже без слов он способен заставить меня почувствовать себя ничтожеством. И мне отчаянно хочется вцепиться ему в глотку, огрызнуться, показать, что я не достойна такого отношения.

Но ведь сейчас сама нарываюсь, а Бес не откажет себе в этом удовольствии. Вижу, что не откажет. В звериных глазах появляется огонь, который с каждой встречей становится жарче. Азартнее. Опаснее.