Там, где звёзды целуют горизонт

– Хорошо, – видя мой напор, он продолжил. – Дело в том, что ваш сын сейчас без сознания, и мы полагаем, что есть опасность комы.

Голова мамы опустилась, и она заплакала. Я погладила её по плечу, желая забрать эту её боль, но не могла. В моей груди клокотало море гнева, печали, грусти и чувства беспомощности. Гнев у меня вызывала ложь брата, который скрывал ото всех своё возможное тайное увлечение, грусть и печаль из-за неудавшегося поцелуя с Блэйком, беспомощность – я не могла ничего, абсолютно ничего сделать для брата.

– Доктор, – обратилась я.

– Да, – мистер Ньюман посмотрел на меня, ожидая вопрос.

– Скажите, если… когда он очнётся, с ним всё будет в порядке?

– Я не хочу вас расстраивать, но травма мозга и конечностей была серьёзная. Есть большая вероятность, что он не сможет ходить.

– …, – я ничего не сказала и вновь посмотрела на Коди. Я не могла поверить, что его жизнь может оборваться в любой момент, ведь кома – это всё равно, что смерть.

Доктор ушёл, а я осталась с мамой в палате. Она перестала плакать и взяла брата за руку.

– Коди, сынок, пожалуйста, очнись! – умоляла его она, но он не слышал. Мамины слова остались без ответа.

– Мам, тебе надо отдохнуть, – сказала я ей. Она посмотрела на меня красными заплаканными глазами. Наверное, она как раз возвращалась с работы, когда ей сообщили о Коди. Она была очень уставшей. – Езжай домой, поспи.

– Она права, дорогая, – в палату вошёл отец в белом халате, накинутом на плечи.

Отец подошёл к маме и поднял её со стула, надевая на неё пальто и давая в руки сумку.

– Майкл, ты же…

– Мне позвонили на работу, и я приехал, как смог, – сказал папа и посмотрел на меня. – Лия, я отвезу маму домой и приеду снова. Подожди меня здесь.

– Да, папа, – кивнула я, и отец увёл маму под руку прочь из палаты. Я осталась с Коди одна.

Сев на стул, я обняла себя за плечи и только сейчас поняла, что на мне пиджак Блэйка. Я забыла его вернуть.

– Коди, Коди. Что же ты наделал? – спросила я, не ожидая ответа. Аппарат искусственного дыхания работал равномерно, никаких признаков того, что он меня слышит, фиксируемые аппаратами–контролёрами, не обнаружилось.

Я откинулась на спинку стула и закрыла глаза. На меня нахлынули мысли, до этого моя голова была пустая, я не могла ни о чём думать. Мозг бы просто не выдержал.

Передо мной возник образ Блэйка, наших минут близости на лестнице, почти поцелуй.