Там, где звёзды целуют горизонт

– О-о-о, так, значит, он тебе нравится? – заговорщически посмотрела на меня Камилла, а Фелис просунула голову вперёд. – Да?

Я не стала отвечать, а просто опустила голову, улыбнулась и залилась краской. Всё и так было понятно, без слов.

– Ой, всё! Мы её потеряли, Фи! – проконстатировала Камилла, глядя на Фелис. – Прощай, наша дорогая Лия. В возрасте семнадцати с половиной лет мы потеряли её. Как жаль!

Камилла начала актёрскую игру и изображала печаль, а Фелис улыбалась. Я смотрела на Камиллу вопрошающим взглядом из-под изогнутых бровей, и та через несколько секунд засмеялась.

– Господи, Боже, с кем я живу? – риторически произнесла я и посмотрела на небо в окне, вздыхая.

– Ох-хо-хо, – смеялась Камилла. – Я тебя поздравляю. Скоро ты станешь женщиной.

– Заткнись! – засмеялась я на неё и в шутку начала бить по её плечу ладонями. – Мы только познакомились.

– Поверь, для парней неважно время. Они могут затащить тебя в постель в любой момент, – успокоившись, ответила Камилла.

– Эй, не переводи на меня стрелки! Я не виновата, – начала защищаться Фелис.

– Просто кто-то не умеет пить и разбираться в парнях, в результате – беспорядочные связи, – ответила ей Камилла и была права. Фелис не дружила с выпивкой и парнями. Парни для неё – лишь неудачные попытки на пути к большому счастью.

Мы замолчали, и я посмотрела на небо за окном. Был уже за полдень, пора было ехать домой.

– Кэм, поехали, – сказала я, и Камилла завела мотор.

В центре города мы зашли в кондитерскую, где Камилла забрала торт для матери на работу, а Фелис, ловя момент, накупила домой свежего печенья. Она была единственным ребёнком в семье и любила своих родителей.

В четыре часа дня я вернулась домой. Любезно отказавшись от предложенного мамой обеда, я сказала, что подожду ужина, и пошла к себе в комнату.

Особо много домашней работы нам не задали, так что я управилась за час, а там уже и ужин подоспел.

После ужина я занялась чтением, но процесс не шёл – в голове стоял образ Блэйка – и ни о каких герцогах и герцогинях средних веков я думать не могла.

Убив за чтением школьной литературы около двух часов, я начала готовиться ко сну.