Танец воров

Взгляд матери переместился на кольцо на моем пальце, и она слегка покачала головой. Я знал, что она расстроилась, ведь двадцать пять лет это кольцо принадлежало ее мужу. Вместе они укрепили династию Белленджеров. У них было одиннадцать детей, девять из которых до сих пор были живы, и приемный сын – их обещание, что мир будет только крепнуть. Именно на них она и сосредоточилась, вместо того чтобы зацикливаться на утратах.

Мать поднесла мою руку к губам, поцеловала кольцо, а потом вытолкнула меня за дверь.

Пока мы спускались по ступеням, Титус буркнул себе под нос: «Не забудь про милостыню, дуралей!» Я толкнул его плечом, и остальные разразились смехом, когда Титус полетел вниз по ступенькам. Все мы были готовы к ночи неприятностей. К ночи забвения. Быстрое увядание человека – человека, который был так полон жизни, – послужило напоминанием: смерть заглядывала нам через плечо.

Пока мы шли к лошадям, ко мне подошел старший брат, Ганнер.

– Пакстон не станет медлить.

Я кивнул.

– Но и спешить ему некуда, – подчеркнул я.

– Он тебя боится.

– Боится, но недостаточно.

Мэйсон похлопал меня по спине.

– Черт с ним, с Пакстоном. Он все равно не явится до погребения, если вообще явится. А пока нам нужно напоить тебя до соплей, патри.

Я был готов. Я нуждался в забвении так же, как Мэйсон и остальные. Я хотел, чтобы все закончилось, хотел, чтобы мы двигались дальше. Каким бы слабым ни был мой отец перед смертью, он успел многое сказать на последнем издыхании.

Моим долгом было выслушать каждое его слово и поклясться в верности, даже если он говорил это раньше, – а он говорил. Он твердил это всю мою жизнь. Его слова укоренились в моем сердце, как печать Белленджеров запечатлелась на моем плече. Семейная династия – по крови и клятвам – находилась в безопасности. Тем не менее его последнее наставление никак не выходило у меня из головы. Он не был готов так скоро отпустить бразды правления. «Белленджеры никому не кланяются. Добейся… чтобы она явилась. Другие… они заметят». Вот эта часть казалась труднее.

Стервятники, кружащие в надежде захватить территорию, входили в число врагов, кого требовалось раздавить в первую очередь. Пакстон был среди них самым главным. Неважно, что он являлся моим двоюродным братом. Он все еще был незаконнорожденным отпрыском моего дяди, предавшего в далеком прошлом свою семью. Пакстон правил на небольшой территории Радж-Нивад на юге, но ему этого не хватало.