Мой любимый шпион

– Завтра я хотел бы снова привезти вас к себе в дом, чтобы представить супругам Мерсье в качестве их новой хозяйки.

– Не думаю, что это известие удивит их. Может, теперь, когда дом больше не будет пустовать, понадобится нанять еще несколько слуг?

– Да, верно: конюха, лакея, нескольких горничных и судомоек, а также камеристку для вас и, пожалуй, камердинера для меня. – Симон взглянул на невесту. – Если не ошибаюсь, наем прислуги входит в обязанности хозяйки дома.

– Думаю, да. – Сюзанна улыбнулась. – Я спрошу у супругов Мерсье, какой прислуги недостает в доме.

Кроме того, у меня есть некоторые соображения…

– Да, я слушаю, – кивнул Симон.

– У меня на примете две немолодые обитательницы нашего пансиона, миссис Браун и миссис Паркер. Это вдовы, которые давно уже мечтают открыть небольшую лавку и продавать выпечку и сладости. Надеюсь, их мечта исполнится – с помощью подарков, о которых мы с вами договорились.

– Может, кто-то еще? – с улыбкой спросил Симон.

– Да, Дженни Данн. Она помоложе, примерно моих лет.

Мы обе зарабатывали на жизнь рукоделием, и порой нам случалось шить вместе. Она настоящая мастерица. – Сюзанна прикусила губу. – Возможно, она согласится поработать у меня. Раньше она служила камеристкой, но ее рассчитали и не дали рекомендаций.

– А почему, она не говорила?

– Сын хозяйки дома домогался Дженни, а хозяйка обвинила в этом ее, – не скрывая гнева, объяснила Сюзанна.

– Обычная история, – отозвался Симон, нахмурившись. – Если хотите нанять ее – сделайте одолжение.

А если она преувеличивает свой опыт в качестве камеристки, то подыщем ей другую домашнюю работу.

– Благодарю вас. Так и сделаем. Я уверена, что она справится. Но это еще не все…

Симон приподнял брови и тут же кивнул.

– Да-да, конечно…

– Я хотела бы дать Дженни время навестить родных в Дорсете. Она несколько лет не виделась с ними. А еще она соскучилась по своему любимому, который недавно вернулся в родную деревню. Он служил в армии, был денщиком у офицера.

Симон усмехнулся.

– Теперь мне ясно, к чему вы клоните. Вы рекомендуете его мне в камердинеры?

– Да, но есть одна сложность: в битве при Тулузе он был ранен. Мать сообщила Дженни, что у него остался шрам на лице, вдобавок левая рука повреждена и уже не так крепка, как прежде. А мать этого человека изводится от беспокойства за него, потому что он считает себя никчемным, думает, что стал обузой для родных, потому что больше не годится для тяжелой работы.