Мой любимый шпион

 – Ну… по тому, как вели своих подчиненных в бой и делили с ними радость побед и горечь поражений? Может быть, именно тоска по товарищам побуждает вас сейчас искать общества?

– Мне недолго пришлось командовать, – сказал Симон. – Я знаю несколько языков и умею составлять карты, поэтому занялся разведкой в тылу врага. При этом я надевал военную форму, чтобы в случае пленения – а такое случалось несколько раз, – меня считали военнопленным, а не шпионом.

Взглянув на собеседника с любопытством, Сюзанна спросила:

– А вам приходилось выступать в роли шпиона, переодевшись в штатское?

Симон утвердительно кивнул.

– Да, и такое случалось. Однажды в Португалии меня схватили вместе с несколькими англичанами. Нас всех обвинили в шпионаже и на рассвете собирались расстрелять. Одним из них был ваш друг Хокинс. Общими усилиями нам всем удалось совершить побег.

– И я очень этому рада! – воскликнула Сюзанна. – Если бы не Хокинс, я так и осталась бы рабыней.

При этих ее словах Симон болезненно поморщился, немного помолчал, потом вновь заговорил:

– Мне часто приходилось работать в одиночку, и вы, вероятно, правы: именно по этой причине я сейчас так жажду общества. Мужья и жены, как правило, проводят друг с другом довольно много времени, поэтому мысль о женитьбе кажется мне весьма привлекательной.

– Но это справедливо лишь в том случае, если они живут в согласии, – заметила Сюзанна. – Мне страшно расставаться со свободой. А вдруг мы не сумеем поладить настолько, чтобы стать хорошими компаньонами?

– Может случиться и такое, – признал Симон. – Но я готов рискнуть. А вы?

Сюзанна нахмурилась, немного подумала и проговорила:

– В случае неудачи с этим браком… по дружбе я рискую гораздо больше, чем вы.

Она была права, и он спросил:

– А что могло бы сделать идею «дружеского брака» более привлекательной для вас?

Сюзанна снова задумалась.

– Как уже было сказано, нам надо получше узнать друг друга: чаще беседовать, вместе проводить время…

– Вполне разумные предложения. – Симон улыбнулся и подал гостье руку. – И мы можем начать с совместной трапезы. Должно быть, все уже готово.