Прелестная бунтарка

Другой такой, как Калли, на всем свете не было, а уж он много повидал, побывав на шести континентах. Но какого черта подруга его детства делает в гуще войны? Впрочем, объяснения могут подождать. С бешено бьющимся сердцем он спрыгнул с коня с пистолетом в руке и взвел курок.

– Отпустите ее или вы умрете!

Ярость в голосе, требовавшем подчинения, превратила мужчин из толпы в солдат под командованием старшего. Солдат, державший Калли, оттолкнул ее и попятился, бормоча:

– Вашу жену? Но… но она сказала, что вдова!

Держа под прицелом пистолета капрала, который, похоже, был здесь заводилой, Гордон шагнул к Калли свободной рукой крепко прижал ее к себе.

– Кэткин, подыграй мне, – прошептал он.

Как он и надеялся, это прозвище, которое знали только они двое, убедило Калли, что перед ней действительно ее старый друг. Напряженная фигура обмякла, и она обвила его руками:

– Боже праведный, любовь моя, я думала, ты погиб!

Калли разразилась рыданиями. Гордон с удовольствием отметил, что объятия не помешали ему держать пистолет.

Калли всегда была самой сообразительной во всем Ланкашире. Ее шелковистые волосы пахли дымом и лавандой. Когда-то они были почти одного роста, но сейчас, одной рукой обнимая Калли за талию, он смотрел поверх ее головы и сверлил солдат самым яростным, устрашающим взглядом.

– Я лорд Джордж Одли, я был разлучен со своей женой, потому что, рискуя жизнью, выполнял поручения короля. И что я вижу, вернувшись? Что ее лапают британские солдаты! Это в высшей степени возмутительно! Я бы еще мог ожидать подобного от американцев, но от солдат Королевской армии? Вы позорите свою форму!

– Простите сэр, – пробормотал капрал, запинаясь, – но в нас стреляли из ее дома.

Убили лошадь генерала Росса, ранили нескольких человек. Когда мы ворвались в дом, чтобы найти стрелков, она держала в руке пистолет и вид у нее был такой, будто она умеет с ним обращаться.

– Дорогая, это тот пистолет, который я дал тебе для самозащиты? – спросил Гордон, не отрывая взгляда от капрала и продолжая держать его на мушке.

Калли кивнула и немного отстранилась:

– Да, но я из него не стреляла. Один выстрел меня бы не спас, и мне было невыносимо представить, каково будет бедной матери какого-то парня узнать, что ее сын убит.

Гордон оскалил зубы, глядя на солдат:

– И эту женщину вы хотели изнасиловать и убить! Вам должно быть стыдно!

Калли показала на капрала, ее голос прозвучал тверже:

– Мой пистолет у него, я хочу получить его обратно.