Прелестная бунтарка

 – Если бы знал, что ты вернулась из пансиона, я мог бы завтра нанести тебе визит самым что ни на есть цивилизованным способом.

Калли схватилась за его руку и перелезла через подоконник в комнату. Она была одета как мальчишка – вполне разумный выбор, учитывая, что девушка намеревалась взбираться по увитой зеленью стене. Гордон хотел сказать что-то еще, как вдруг заметил блестевшие в лунном свете влажные пятна на ее лице. Она плакала? Калли же никогда не плачет! У нее нервы не просто железные, а как из дамасской стали.

– Что случилось? – резко спросил он.

– Все!

По голосу было ясно, что ее переполняли чувства. Она дрожала, и Гордон машинально обнял ее, стараясь успокоить. Калли спрятала лицо на его плече. Наверное, за последние месяцы в школе он вырос, потому что она показалась ниже ростом, чем ему помнилось. Гордон похлопал ее по спине и тихо произнес:

– Кэткин, мы с тобой побывали в стольких передрягах и выбрались из них, что уже умеем решать проблемы.

– Но не проблемы такого рода.

Она глубоко вздохнула и отошла на шаг, однако все равно продолжала держаться за него, будто боялась, что без его поддержки потеряет равновесие.

– Проклятье! Отец снова бил тебя!

Калли пожала плечами:

– Я привыкла к этому. Ведь он мне постоянно заявляет, будто я самая непослушная, строптивая дочь во всей Англии, настоящее дьявольское отродье. Но сей раз… – Ее голос дрогнул.

– Боже правый, это еще откуда взялось? – Гордон подвел ее к стулу, достал припрятанную фляжку с бренди, плеснул немного в стакан, добавил воды и протянул стакан Калли. – Откуда какой-то плантатор из Вест-Индии вообще узнал о твоем существовании?

– Он дальний родственник отца. Вдовец. – Калли отпила немного разбавленного бренди и закашлялась. – Он заезжал в Раш-Холл по делам, увидел меня и предложил отдать меня ему в жены, потому что я «так прекрасна».

Последние слова Калли как будто выплюнула.

– Прекрасна?

Гордон задумался. Она была… она была Калли. С ее золотисто-рыжими волосами, стройной фигуркой и природной грацией она была довольно хорошенькой. Вероятно, пожилому мужчине достаточно ее волос и живого темперамента, чтобы счесть девушку красавицей.

– Тебе только шестнадцать лет, значит, у вас должна быть долгая помолвка.