«Эффект братьев»

Не дрейфь, выдюжим!

Огонек раздвинул темноту и обнажил глинистые стены.

Над подземными попаданцами захлопали крылья.

–Летучая мышь, – успокоил Игорь. – Не бойся.

–Я и не боюсь! – обиделся братишка. – Вот ещё! С закрытыми глазами могу сбегать до стены и обратно.

–Верю.

Игорь обнял брата за плечи.

–Только чего она здесь летает? – сразу же дал волю возмущению Захар. – Тут же дыра на замок закрыта была, да еще завалена землей!

–Не знаю, – лаконично ответил брат. Он протянул руку с огоньком вслед летучей мыши, а левой – взял Захара за руку.

Пройдясь по скрипучему настилу, они остановились, завидев тонкую полоску света. Он сквозил через скособоченный дощатый щит.

–Дверь…– прошептал Захар с широко раскрытыми глазами. – Волшебная! Как в каморке у папы Карло!..

При незначительном нажатии одна доска поддалась и вылетела из грубо сколоченного заграждения.

Глава 9. Палеозойские попаданцы или

тут

и

тогда

Лучи ярчайшего света хлынули навстречу «землепроходцам». А те один за одним бочком протиснулись в щель.

…Выбравшись из подземелья, братья оказались посреди громадной световой сферы. Немножко не полной – так как четверть ее занимала плоскость, которую условно можно было назвать земной поверхностью. Преимущественно красная поверхность сливалась вдали с горизонтальными полосами светлых оттенков.

Рассветное солнце проложило к братьям ослепительную дорожку от горизонта до горизонта через весь мир.

Низкая растительность да невысокие каменные столбики выглядели, как нежный пушок на новорожденной коже… И над неповторимым буйством красок – дымящийся от слепящего солнца воздух!..

–Я сейчас… – сказал Игорь и ринулся назад за оставленным в подвале вещмешком. Захар раскрыл зонтик. При восходящем солнце, его надо было держать в положении щита.

Тишина здесь была такая, какой в наши дни не представишь.

Точно, и вправду, Волшебная страна.

Захар едва не скрутил себе шею, рассматривая лучисто-полосато-лоскутной мир, и сразу заметил их поочередную смену. В лесу никогда не наблюдалось цветовых изменений с такой быстротой.

Прокрутился на ноге – и разноцветные пятна слились в длинные полосы, как бы штрихуя изнутри диковинную сферу. Она вся находилась во власти сменяемых цветов, и потому везде одинаковая.