Вечное Древо

Эссикс хлопала крыльями, стараясь подтащить его поближе, но рубашка продолжала рваться, и мальчик уже висел буквально на ниточке. Лишь в самый последний миг нилоанка успела схватить его за рукав. Он глухо застонал и открыл глаза – и тут же испуганно ахнул, посмотрев вниз.

Последние нитки оборвались. Шипя от боли, Конор ударился о камень стены, повиснув на руке Абеке. Она цеплялась изо всех сил, но мокрая ткань выскальзывала из сжатых пальцев – и все было бы кончено, если бы не помогла Ураза.

Вытянув шею, леопардиха схватила его пастью за руку и стала осторожно тянуть, стараясь не поранить острыми зубами.

– Тяни, тяни! – приговаривала Абеке.

Конор взглянул вверх и ухватился за нее свободной рукой. Она сжала зубы от усилия. Подоспевший Роллан взялся с другой стороны, и все вместе они наконец перетащили Конора через парапет.

Свалившись в изнеможении на мокрые камни, они переводили дух, когда снизу подбежали двое Зеленых Мантий.

– Что тут происходит? – нахмурился Олван.

Абеке никак не могла отдышаться.

– Отвечай ты, – сказала Абеке, повернувшись к Конору, но тот, похоже, и сам не понимал, что случилось. На щеке, которой он ударился о стену, наливался синяк.

Роллан потряс его за плечо.

– Давай, рассказывай! Ты что, решил от скуки полетать? Тогда бы хоть Эссикс предупредил, она бы тебя поучила.

Олван сурово взглянул на Конора.

– Зачем ты полез на стену, парень?

Конор молчал. Избегая пристального взгляда Абеке, он медленно сел и смахнул дождь с лица. Казалось, он глубоко задумался, но о чем, помимо чудом спасенной жизни, оставалось только гадать. Вид его Абеке совсем не нравился: бледный как мел, волосы липнут к лицу – то ли от дождя, то ли от пота, – под глазами темные круги.

Олван помог ему подняться на ноги, набросил на плечи свою мантию и повел вниз по лестнице, махнув рукой Роллану и Абеке, чтобы догоняли.

– Надо вам обсохнуть. Не годится так начинать день.

Час спустя Абеке, Роллан и Конор, уже в чистой сухой одежде и завернувшись в одеяла, уплетали горячую овсянку в обеденном зале. Над мокрыми головами ребят поднимался пар, пропитаные дождем косички Абеке все еще липли к шее. Она с наслаждением прихлебывала кашу, жалея лишь о том, что та не приправлена нилоанскими специями, – кушанья вкуснее не было бы на свете.