Ее незабываемый любовник

– Могу я узнать, почему вы посчитали нужным приехать сюда? Поговорить со мной?

Дом спрашивал себя о том же. Он узнал, что она именно та, за кого себя выдает, проверил ее диплом. Правда, он и думать забыл бы о Натали Кларк, если бы не эти легкие подергивания носом.

Он убеждал себе, что презрение, которое она так быстро стерла с лица, возбудило в нем инстинкты копа. Его сестра, возможно, посчитает, что эти легкие намеки на неприязнь подстегнули его мужское эго. Дом никогда не мог устоять перед вызовом.

Но несмотря на частые утверждения Зии в обратном, не пытался обольстить каждую женщину, привлекшую его внимание.

Все же он здесь и намерен остаться. Пока не удовлетворит свое любопытство касательно именно этой женщины.

– Я бы хотел получить больше информации о дополнении, которое вы обнаружили, мисс Кларк.

– Разумеется. Буду счастлива прислать вам документацию электронной почтой.

– Предпочитаю увидеть все, что у вас есть сейчас. Могу я войти? Или продолжим нашу дискуссию в коридоре?

Она поджала губы и отступила.

Ее очевидные колебания интриговали Дома. Жаль, что завтра в Вашингтоне у него встреча в Национальном центральном бюро – американском филиале Интерпола. Должно быть, интересно понять, каким образом можно заставить эти чопорные неодобрительные губы чувственно приоткрыться и выдохнуть его имя.

Он оглядел комнату. Его внимание привлек лэптоп с семнадцатидюймовым экраном, открытым на странице со снимком яйца, усыпанного драгоценными камнями.

– Фаберже? – спросил он, подходя ближе, чтобы полюбоваться яйцом, стоявшим на двухколесной золотой тележке.

– Да.

– «Херувим с колесницей», – прочитал Дом, – подарок царя Александра III жене Марии Федоровне на Пасху 1888 года. Одно из восьми яиц Фаберже, считающихся в настоящее время утерянными. Вы охотитесь за ним?

– Я документирую его историю.

Ее рука потянулась к крышке лэптопа. Словно так и чесалась захлопнуть.

– Что вы уже успели найти?

Губы снова плотно сжались, но Дом слишком поднаторел в допросах, чтобы снять ее с крючка.

Он просто ждал, пока она неохотно кивнет.

– Судя по документам, оно находилось в Гатчинском дворце в 1891 году. Одно из сорока или около того яиц, отосланных в Оружейную палату Кремля после революции 1917 года. Некоторые эксперты считают, что его приобрели в тридцатых годах Виктор и Арманд Хаммеры. Но…

Он сразу увидел, когда восхищение своей работой одолело ее нежелание это обсуждать.