Пробуждение

Теперь она владелец дома и в праве распоряжаться им, как захочет, но в то же время, тетя Уля жалеет Элизу, никому не пожелаешь того, что пережила эта девочка. Она заливает всю ситуацию алкоголем. Даже сейчас тетя Уля хочет побыстрее добраться до дома, чтобы открыть очередную бутылку бурбона и утопить все горести в ней. Ей порядком надоели проблемы с Элизой. Тетя Уля так до конца и не выяснила, кем Элиза ей приходится, в итоге смирилась и приняла ее вместе со всеми «психованными тараканами» у нее в голове.

Она знает, что Элиза бредит и часто задает вопросы о семье и друзьях, но она, не стесняясь, говорит, что все родные Элизы погибли. Тетя Уля повторяет это снова и снова, с каждым новым вопросом зверея, ей абсолютно плевать, что чувствует Элиза. Тетя Уля как будто отыгрывается на ней за все. Она считает, что не заслужила всего этого, ей хотелось бы вернуться в тот день, когда все началось, и собственноручно закончить.

Элиза молча сидит в машине и слушает нудную музыку.

Ей не хочется возвращаться в тот ужасный дом, но к себе домой она не хочет куда больше, поэтому выбор у Элизы не велик. Она то и дело переключает радио, действуя тете Уле на нервы. Элиза не обращает внимание на ее крики, она знает, что та не может оторваться от руля, поэтому ничего ей не сделает. На улице глубокая ночь, и Элизу клонит в сон. Уснуть, это все, что она хочет. Раз и навсегда погрузиться в ту жизнь еще раз, где все живы, и она счастлива.

– Хочешь есть? – тетя Уля спрашивает не потому, что беспокоится о ней. Скорее она не хочет, чтобы Элиза умерла с голоду, тогда ее могут подогнать под статью, этого ей только не хватало.

– Нет, – честно отвечает Элиза. Она давно перестала испытывать чувство голода, а измученное девчачье тело покрылось выступами костей.

– Ты должна поесть хоть немного, – настаивает тетя Уля.

Спорить Элиза не хочет, не осталось сил закатывать истерики, как настоящий живой подросток, ведь она сомневается даже в собственном существовании.

Вернулись они довольно быстро, больница находится в паре кварталов от их дома. Тетя Уля начинает тут же готовить яичницу с беконом, ведь на большее была не способна. Она ненавидит готовить ровно также, как и детей. Элиза поднимается в комнату, которую ей выделили.

Она не стала обустраиваться и переделывать ее под себя, Элиза мало что поменяла бы в ней.