Пепел. Наследие 2

И это пугает. Ужас наводит то, что я осознаю какого рода голод испытывает незнакомец. Это отвратительно и страшно. Нет! Я ему не поддамся! Иначе я возненавижу себя! Ненавижу даже за мысли об… этом.

– Почему они нас не убили? – спрашиваю я, сглатывая слюну.

– Я не знаю, но они пришли к городу… вслед за тобой.

Пару мгновений смотрю на Майкла, и очередной разряд тока проходит по коже. Жуть какая.

– Как это возможно? – очень тихо спрашиваю я.

– Не знаю.

– А Кейт? Что с ней? Она жива?

– Перелом ноги. Она и Убийца уехали в Оплот, а мы отправились сюда.

– Почему мы не поехали в Оплот? Из-за меня, да?

– Да. Я уже говорил, что Оплот слишком слаб для нападения. Он рухнет, если мутантам придёт в голову забраться в город и найти тебя, – Майкл тяжело вздыхает и, смотря мне прямо в глаза, говорит. – Я не смог отправить тебя.

– Спасибо, – шепчу я, и Майкл сжимает мою ладонь. – А папа? Он знает, что меня укусили?

– Мне пришлось рассказать ему обо всём. И о том, что на Хелл мутанты напали из-за тебя.

Мистер Хантер отправит меня в Возрождение. У меня даже нет сомнений, что он это сделает. На самом деле я сама уже туда хочу. Пусть ученые проверят, что со мной случилось. Что, если через день или два я превращусь в мутанта, и как мама буду бросаться на тех, кто мне дорог? Я ведь уже чувствую сближение с незнакомцем внутри меня. Что, если он найдёт способ забрать руль управления себе? Куда он меня повезёт? По дороге трупов и разрушений? Отбрасываю пугающие мысли в сторону и спрашиваю у Майкла:

– И что теперь со мной будет?

– Ничего.

– Мы?

– Да. Хантер и Майкл уже там. Я и Мишель уезжаем через четыре дня.

Первое, что мне хочется сказать: "Не уезжай". Но сейчас меня больше волнует то, с кем именно он поедет в Коалицию. Как же это глупо, но даже будучи практически трупом, который не знает, что с ним будет завтра, я ревную. Мне не нравится сама мысль, что какая-то там Мишель будет ходить вокруг да около Майкла.

– Что вы будете там делать? Как вы с Мишель попадёте туда?

– На вертолёте.

Я больше не могу разговаривать. Мне так плохо, я полностью истощена. Ложусь на кровать и прикрываю глаза. Глаза, которые больше не мои. Разговор и переживания забрали остатки сил. Единственное, о чём может думать мой мозг, о еде.