Холод. 98 лет спустя

Перестала спорить сама с собой и думать о том, кто хороший, а кто плохой. Как бы это глупо не звучало, я считаю, что Мор в данной ситуации – это белая сторона, а вот мой вид – темная.

Он выиграл все три раза, но, несмотря на это, в конце его всегда расстреливал Дюк, а я потом вынимала пули и также сидела рядом с ним на полу и ждала, когда раны начнут затягиваться. Как только это начинало происходить, я поднималась и уходила к себе.

За всё это время у нас с Мором был всего один диалог… и начала его я. Если честно, то мне просто захотелось понять их природу.

Этот диалог произошёл перед боем ровно неделю назад. Я сидела на своей кровати, Мор на своей. Он так же, как и всегда просто гипнотизировал входную дверь. Я видела, как он сражается, и у меня в голове не укладывается, как его могли схватить. Набираю побольше воздуха в легкие, побольше храбрости в сердце и спрашиваю:

– Как тебя поймали? – после того, как слова были сказаны, я увидела поистине удивленный взгляд.

– Я шел мимо Скалы, и меня схватил отряд из пяти человек.

Из пяти человек? Да он бы расправился с ними за две минуты и пошел дальше. Но тут меня осеняет:

– Ты сам хотел сюда попасть? – почему-то шепотом спрашиваю я.

Мор дарит мне мимолетную улыбку и отвечает:

– Что-то типа того.

– Зачем?

– Пусть этот вопрос останется вопросом.

– Хорошо.

Мы замолчали. Ну так получается же, что я ничего не узнала. Поднимаю взгляд на Мора и собираюсь задать очередной безобидный вопрос, но он опережает меня:

– За что ты здесь?

Мне почему-то так стыдно говорить причину своего пребывания в этой камере. Хотя какая разница, скажу я ему или нет? Ведь скоро наступит день икс, и меня увезут из Скалы, а Мор останется здесь навсегда. И мы больше никогда не увидимся, следовательно, не важно, что именно мы будем обсуждать.

– Не захотела выходить замуж.

Секунду Мор молчал, но всё же выдал реакцию:

– Ого. Ну и нравы у вас.

– Да. А у вас?

– Что у нас?

– Какие нравы? – начинаю ерзать на месте. – Чем вы отличаетесь от людей?

Но Мор не ответил. Он молча смотрел на меня, и я уже было подумала, что спросила что-то запретное, и хотела попросить прощения за это, но он заговорил.

– Я не думаю, что мы сильно отличаемся.