В ожидании свободы

Директор был заинтересован в сотрудниках с азиатской внешностью для придания заведению колорита, поэтому принял Тину даже без образования, но ее трудолюбие помогло подняться до должности повара.

– Я останусь сегодня в городе, в отеле, – оповестил Адам.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Просто, если вдруг вечером тебе будет скучно.

– Вечером мы с Патриком смотрим вечерние шоу.

– Это как раз и подходит под понятие «скучно», – усмехнулся мужчина.

– Иди к черту, – тоже улыбнулась Тина и легонько толкнула приятеля, – такие вещи называются «нормальная жизнь».

– Ты все еще веришь, что нам доступна нормальная жизнь. По-прежнему мечтательница, – Адам ласково провел ладонью по щеке девушки.

– Тебе тоже выпал шанс на нормальную жизнь. Используй его правильно.

Вечером Тина устроилась на домашнем диване и включила любимый канал. Патрик только вернулся со смены в больнице и хозяйничал на кухне.

– Тебе соленой или сладкий попкорн? – крикнул мужчина.

– Соленый!

Чуть позже в руках девушки уже дымилась тарелка с закуской.

– Что-то случилось? – неожиданно спросил мужчина.

– О чем ты? – напряглась девушка.

– Ты выбираешь соленый попкорн, когда чем-то встревожена, и сладкий – когда все хорошо. Обычно люди делают наоборот: подбадривают себя сладким, но ты любишь еще больше вгонять себя в тоску, – Патрик говорил шутливо, но одновременно выражал реальное беспокойство.

– Какой ты, оказывается, у меня внимательный, – тоже перевела все в шутку Тина, – все в порядке, просто много работы.

Отвлечься от разговора помогло начавшееся шоу, Патрик всегда смотрел его с увлечением. Тина же только делала вид, что ее внимание приковано к экрану, сама же пребывала в своих мыслях. Лодыжкой девушка почувствовала вибрацию телефона, который лежал в ногах. Пришло сообщение от Адама. Тина знала, что он напишет, и заранее настроила себя, что не будет отвечать, однако не удержалась и взглянула на уведомление.

«Ко мне вернулись кошмары», – гласило послание.

– Что там? – поинтересовался Патрик, заметив, как напряженно Тина смотрит в дисплей.

– Коллега написала, она отравилась и просит выйти за нее в ночную смену.

– Милая, ты же сегодня весь день работала. Пусть попросит кого-нибудь другого.

– Она всегда меня выручает, я не могу отказать.

Тине было противно от собственной лжи, горло словно сжали в тиски, и слова звучали сдавленно и приносили дискомфорт.