Кассандра и Блэр в объятиях снежной бури

– Ты хочешь стать сильнее? – задал Нумибус неожиданный вопрос.

– Конечно, – неуверенно ответила я, не понимая, зачем он спрашивает такое.

Некоторое время старик с любопытством меня рассматривал, скорее всего, оценивая, способна ли такая слабачка, как я, измениться. Затем он достал свою руку из-под мантии и материализовал на ладони небольшой голубой камень.

– Что это? – не сдержала любопытства.

– Всего лишь амулет, – пояснил Нумибус, щелкнул пальцами, и к камню присоединились шнуровка, – подойди сюда.

Я послушно поднялась и приблизилась к колдуну.

Неспешным движением он надел амулет на мою шею.

– Это циркон, он поможет в твоем желании, – сказал Нумибус.

Пока я рассматривала яркий камень, чародей исчез, не объяснив, как именно действует амулет. Увеличит он мою физическую силу или способности? Что я теперь могу делать? Получить ответы мне было не от кого, поэтому вернулась в замок.

Обычно артель Роланда уходила на несколько дней. Я привыкла к одиноким вечерам, которые проводила в мучительном волнении за него.

Хоть Нумибус и наделил его, как своего будущего преемника, дополнительной силой, граничащей с бессмертием, все равно не могла ждать в спокойствии. Промучившись несколько часов, легла в постель, заранее готовя себя к бессоннице, но неожиданно для себя погрузилась в грезы.

Я оказалась в старинной деревянной избе, вокруг царила какая-то суматоха. Две женщины в чепцах суетливо носились по комнате.

– Что стоишь ягненком? Налей в таз воды! – приказала мне одна из них.

Осмотрев комнату, увидела висящий над огнем котел. Отыскав плотную тряпку, сняла его с крюка и вылила кипящую воду в наполовину наполненный таз. Вдруг помещение заполонил оглушающий женский крик, доносящийся из-за деревянной ширмы. Я не видела, что там происходит.

– Давай! Еще немного! Уже показалась головка! – раздались возгласы.

Я догадалась, что за ширмой принимали роды. В следующее мгновение послышался детский плач, и служанка вынесла на свет младенца. Значит, таз подготовили для купания.

Я потрогала воду, чтобы ребенка ненароком не сварили заживо. Температура оказалась подходящей.

В моей помощи служанка, кажется, не нуждалась, и я позволила себе вольность подойти к ширме.

– Берта, как там младенец? – спросила вторая служанка.

– Это мальчик, хиленький, но жить будет! – последовал ответ.

– Утопи его! – прохрипел новый голос.

Я в испуге взглянула на роженицу, темноволосую красивую женщину, тяжело дышавшую от усталости.