Книга странствий

С великой горечью я сообщаю о том, что господин и госпожа Монтероз, а также малыш Чиваль пропали. Дорогое дитя, даю слово, что направлю все усилия на их поиски, а после сообщу о результатах.

Старший советник главы города Баттомсон Фиад Леру.

Чернила медленно растекались по желтой бумаге от слез, стекающих по щекам Синары. Ее глаза, словно затянутые стеклянной дымкой, были широко раскрыты, когда руки вдруг безвольно опустились и девушка рухнула на колени. Она снова и снова перечитывала строчки письма, а потом прижала к себе листок с такой силой, что бумага захрустела в ладони.

Девушка начала приходить в себя лишь тогда, когда тетя стала обеспокоенно трясти ее за плечи, громко призывая очнуться. Опираясь на руку тетушки, Синара медленно поднялась с колен, вытерла мокрое лицо и решительным шагом направилась в сторону дома. Не понимая, что происходит, тетушка Крима бросилась за племянницей. В уже знакомом нам доме, в небольшой комнате, выходившей окнами в сад, она застала Синару за сбором вещей.

Единственный выход

– Что ты делаешь? – наблюдая за метаниями девушки, заговорила тетя.

– Я не стану сидеть и смиренно ждать, когда мне сообщат новости. Я отправлюсь в Баттомсон, я помогу, я буду искать, – на ее глазах вновь выступили слезы. – Я найду их во что бы то ни стало!

– Ты не можешь уйти! – дрожащим голосом вскрикнула Крима. – В письме ведь сказано, что они прилагают все усилия и дадут нам знать! Милая, да что ты сможешь сделать?

Но Синара, кажется, не слышала ее.

Торопливо забрасывая вещи в раскрытую сумку, мысленно она все еще повторяла строки из письма.

– Нет! Синара, слышишь, я тебя не пущу! Это опасно! – показательно встав перед дверью, заявила тетя. Синара взглянула на нее строго. В ее глазах читалась безудержная решимость.

– Я знаю, тебе страшно за меня, тетя. Но, поверь, ты не сможешь меня отговорить,– сказала Синара и сделала шаг вперед. Но мгновенье спустя тетя выскочила за дверь и повернула в замочной скважине ключ.

Не описать словами, как чувствовала себя Синара. Она была так нужна сейчас своей семье, но оказалась запертой в четырех стенах. От гнева и уныния она ударила кулаками по полу и в отчаянье попыталась докричаться до тети. Но, не услышав в ответ ни слова, она, не думая более ни мгновенья, бросилась к открытому окну.

Празднество было в разгаре! Как на улице, так и в доме главы царило шумное веселье, а столы ломились от аппетитных яств и напитков.