Личное дело

На день рождения она подарила мне моти[2 - Японская сладость, кекс из рисовой муки.] со вкусом клубничного пломбира, так что я пытаюсь выглядеть жизнерадостно.

Включаю очередное видео. Это «Переломный момент» – веб-сериал о самых важных этапах в жизни предпринимателей. В последнем выпуске показывали девятнадцатилетнюю миллионершу, которая просто взорвала индустрию салатов не выходя из комнаты общежития. Я смотрю анонс следующего выпуска – о том, как креативный уличный художник продает свои работы на аукционе по 140 000 долларов, – и в горле у меня возникает едкое жжение.

Я знаю этого урода. Это же ушлепок Крузо. Ага, тот самый Крузо. Я знал его еще в восьмом классе, и звали его тогда Сальваторе Карузо. Он страдал от каких-то проблем с позвоночником, черт его знает каких, и мы прозвали его Сколио. Ну а что? Дети жестоки. Думаете, меня не пытались дразнить Пабом-крабом, пока я не приложил их пару раз лбами о стену?

Короче, некоторые из нас смотрели «Дикий стиль» – фильм про граффити, снятый в восьмидесятые; мы смотрели его с настоящей видеокассеты, найденной у чьего-то не то дяди, не то брата, и просто залипли.

Тегали все, что под руку попадалось. В туалет ходили только с маркером и писали свои имена поверх чужих. Я обычно писал ESCO от «Пабло Эскобар», имени наркобарона, потому что считал его крутым, а воображение у меня в тринадцать было так себе. Да и ESCO писать куда проще, чем NERUDA. N особенно тяжело идет. У меня всегда выходила какая-то беременная горбунья.

Но преуспеть в этом мне не грозило. Мне было далеко до Честера, Зефа, Ли Хинонеса, Донди Уайта или более поздних творческих чуваков типа Реаса или Коуза, но смотреть на этого дилетанта Крузо пытке подобно. Самоуверенный до одури. Я с ненавистью наблюдаю за тем, как он отказывается снять с лица бандану или рассказать, что означают буквы ACDB (это значит all-city dickbags – придурки, которые размалевали своими именами все стены в городе).

А ведь это я придумал, когда мы накурились в хлам в пиццерии «Розарио» на Орчард-стрит, так что можете себе представить, насколько серьезен я тогда был.

Когда видишь, что успех нисколько не зависит от таланта, то руки опускаются. Взять хоть Дэниель Долтон. Ее мама Оливер была моделью и прославилась в девяностые своей бритой головой с татуировкой кобры. Открыла скейтерский магазин на Кросби-стрит, где мы с друзьями частенько зависали.