Осколок моего сердца

Она уже собиралась повернуться, когда мальчик остановил ее.

– Вы хорошая.

– Спасибо, Уайетт. Ты тоже.

– Это вы кричали на Тимоти? У него неприятности?

– Кто-то кричал на Тимми?

Она сказала это резко, и у мальчика вытянулось лицо.

– Прости, – извинилась она. – Я не кричала на него, и мне неприятно, что на него вообще кто-то кричал. – Они решили пока не звонить ни Рамону, ни Тимми, поскольку те уехали из отеля до того, как пропал Джонни, так что не надо без нужды расстраивать Тимми, ведь Джонни может появиться в любую минуту.

– Ну, мы с моей сестрой строили замок из песка, и тут какая-то женщина закричала: «Тим! Тим!» Ну, как будто она недовольна тем, что он занимается чем-то не тем или вроде того. Но, когда мы огляделись по сторонам, то не увидели, кто кричит и откуда, и Тимоти и Джонатана тоже нигде не было. Так что, может быть, та женщина звала какого-то другого Тима.

– А когда именно ты слышал, как кто-то звал Тима?

Он пожал плечами.

– Не знаю, но, по-моему, с тех пор я не видел ни Тимоти, ни Джонатана.

Как не видела их и Лори.

* * *

Один гудок. Два. Три.

Ответь, Рамон. Ответь.

– У тебя случайно не горели уши? – спросил Рамон, взяв телефон на четвертом гудке.

– Э-э, что ты имеешь в виду?

– Мы с Тимоти только что говорили о том, что он никогда не бывал в Италии, так что теперь вам с Алексом придется съездить туда еще раз после того, как вы вернетесь с медового месяца. Но это не беда, не так ли?

– Значит, Тимми с тобой?

– Да, конечно, где же еще? Мы же с ним выполняем сверхсекретное задание, или ты забыла?

– Слава богу.

– Лори, что случилось? У тебя расстроенный голос.

Она пыталась сохранять спокойствие, кратко рассказывая ему то, что им удалось узнать.

– Пожалуйста, ничего не говори Тимми, хорошо? Я все еще надеюсь, что Джонни просто далеко забрел и вернется с минуты на минуту.

– Разумеется, – сказал Рамон, и голос его прозвучал ровно.

Когда ему было три года, Тимми стал свидетелем убийства своего отца, а потом еще пять лет жил с мыслью, что убийца вернется, чтобы убить его и его мать. Его явно интересовали полицейские расследования Лео и ее собственная работа над раскрытием «глухарей», но она, тем не менее, старалась делать все возможное, чтобы уберечь его от ненужных страхов.