Лига Крови

«Четырнадцать лет, как мы победили зло», – гласит заголовок. Там рассказывается о повстанческой группировке «Альфа», огромной команде, сумевшей временно захватить Башню Президента (и власть в придачу). На фотографии изображена женщина – предводитель группировки. Она в наручниках, робе для преступников, с повязкой на глазах. Но это не мешает мне ее узнать. Моя мама.

– Группировки нет уже как шестнадцать лет, – говорю я. – Их всех истребили.

– Не всех! – восклицает паренек. – Телик надо смотреть!

– Извини, не занимаюсь этим глупым делом.

– Мальчик прав, – вступает Зоя. – Было много попыток воссоздать группу. Большинство из тех, кто поддерживал эту идею, было лишь фанатиками, увлекшимися чтением книг и статей об «Альфе». Но среди них были и те, кто входил в первоначальный состав. Данил Славский был как раз одним из них.

Славский-младший издал стон, будто бы напоминая о себе. Я вспомнила, с каким недовольством приняло повстанца общество. Нынешнее поколение с детства учат ненавидеть тех, кто предал Омегу.

Все не просто были не против избиения, как раз наоборот – даже рады тому, что изменник был унижен и побит.

Но он до сох пор был жив – член группы, созданной мой матерью. А значит, последняя ниточка, помимо газет и книг, способная связать меня с нею.

Я не знала, что хочу от него узнать. Почти все о матери мне было известно. Вряд ли он знал большее – сам, наверняка, узнал о ней из газет, в добавку еще и рассказов собственного отца. Я в полубреду подошла к нему, опустилась на корточки.

Мне еще ни разу не приходилось вживую видеть раненого, а тем более, избитого на моих глазах, человека. Зоя с пареньком ошарашено смотрели на меня. Второй был весь заинтригован тем, что же я собираюсь делать.

– Ты живой? – с такого странного вопроса начала я.

– Дышу вроде… – прокряхтел он. Когда он поднял лицо, оно все было измазано кровью. – Что тебе нужно? Поиздеваться?

– Разве я похожу на такую, как те парни, что тебя побили? – поинтересовалась я.

Он еле-еле покачал головой.

Я не знала, как завести разговор. Парень не был мне ни противен, как другим, ни приятен. Я аккуратно положила руку ему на плечо, предложила помочь встать. Он отказался. Не хотел даже в таком состоянии выглядеть слабаком.

– Я подожду, пока боль утихнет и пойду домой, – сказал он. – Так чего ты от меня хочешь?

– Просто ответь на один вопрос, – я не убирала руки с его плеча – может, так он больше мне доверял (паренек в очках, кстати, скривился).