Энохиан

Тейт махнул рукой на темный проем, ведущий в коридор.

– В кухне. Не помню, в каком из шкафов. Темно-коричневая коробка.

Я бросилась туда, куда он сказал. Кухня была прямо напротив гостиной и была смесью старинной мебели и современной техники. Я стала открывать один шкафчик за другим, пока не увидела нужную коробку. Открыв ее, я нашла несколько бинтов, вату, пинцет, какие-то обезболивающие и антисептики. Странно, но в аптечке не было ни одного средства против простуды или головной боли. Будто он много раз был ранен, но никогда не простуживался.

Это только усиливало мое недоверие к этому парню, но я на время засунула эти мысли в долгий ящик.

Когда я вернулась в гостиную, Тейт со спокойным выражением лежал на диване без футболки. Закинув руки за голову, он лениво смотрел на потолок и выглядел так, словно снимался для какой-то рекламы. Рекламы с кровавыми ранениями от пуль.

Я чуть было не выронила аптечку от неожиданности, а парень самодовольно ухмыльнулся. Одно дело видеть его в футболке, а совсем другое без.

Тейт не казался громилой, состоящим только из мышечной массы. Скорее, он был изящным парнем с красивым подкаченным телом и идеальной бледной кожей. Но, может, я перестану пускать на него слюни?

В гостиной не горел свет, но был разведен огонь в камине. Этого было вполне достаточно, чтобы увидеть кровоточащую рану на правом боку Тейта прямо под ребрами.

– Может, тебе нужен костюмчик медсестры? – подразнил Тейт, когда я присела на пол рядом с ним.

 – Думаю, тебе пошло бы. С твоими-то ногами.

– Надеюсь, ты говоришь это только из-за потери крови, – сухо сказала я, сосредоточившись на ране. – Иначе следующая пуля будет у тебя в черепе.

– Какие мы грозные, – поддразнил парень.

Я склонилась над раной и быстро осмотрела ее. Очевидно, что пуля не задела никаких органов, но ранение было не сквозным, а значит, все было не очень-то и хорошо.

– Мне придется достать пулю, – пробормотала я. – Наверное, стоит дать тебе обезболивающее…

– Нет, – резко сказал Тейт, и я подняла на него взгляд.

 – Доставай так.

– Спятил? Это же больно, – удивилась я. К чему это бессмысленное ребячество?

Тейт улыбнулся так, будто он умилялся с моего негодования, и при этом в его глазах блеснуло что-то. Будто он знал что-то такое, чего не знала я. И почему один только его вид заставляет меня хотеть выстрелить ему еще куда-нибудь?

– Твое дело, – буркнула я и взяла пинцет.