Предложение рыцаря

Пусть меня сочтут скромным путником, а не шпионом, который что-то вынюхивает.

Он передал Саймону меч и пояс и достал из седельной сумы большой плащ с капюшоном. Накинул плащ на свои широкие плечи.

– Что скажешь? – спросил он, набрасывая широкий капюшон на рыжие волосы.

– Локлан, ты настоящий друг! Ты мне так помогаешь! Если бы я смог чем-нибудь помочь тебе… – Саймон откашлялся, его бледное лицо порозовело, – после того, что с тобой случилось. – Он всмотрелся в напряженное лицо Локлана. – Жаль, что я ничего не могу для тебя сделать, – безвольно закончил он.

– Саймон, все произошло очень давно. – Локлан непроизвольно стиснул зубы. – И ты ничего не можешь поделать. Как бы там ни было, я уже почти забыл обо всем. – Но когда он развернулся и зашагал к березовой роще, белевшей в темноте, он понял, что кривит душой. Слова Саймона пробудили в нем страшные воспоминания, его передернуло. Земля под ним зашаталась, превратилась в размытое пятно, когда на него нахлынуло прошлое. Перед его взглядом возникали ужасные яркие образы, знакомые чудовища, которые не давали ему покоя ни днем ни ночью.

Едкий дым на языке – как будто все происходило вчера. В ушах звучали крики родных…

Локлан помотал головой, отгоняя нежеланные картины. Несмотря на то что идти было трудно, его длинные ноги, закаленные долгими годами в седле, уверенно взбирались по крутому склону к воротам замка. Было очень рано, еще не рассвело. Над ним на иссиня-черном небе мерцали звезды. От морозного воздуха перехватывало дыхание.

Сейчас не время горевать о прошлом, сейчас время давать сдачи. Скоро он вернется в Шотландию и позаботится о том, чтобы восторжествовала справедливость. Еще два дня, подумал Локлан. Еще два дня, и он окрепнет настолько, чтобы скакать на север.

Он ошибся, отпустив ту девицу из реки. Надо было крепко держать ее за руку и привести ее к Саймону. Все было бы гораздо проще, чем рыскать в темноте. Он улыбнулся, представив себе ее реакцию, поведи он себя таким образом. Несомненно, она бы зашипела, как кошка.

Из головы не шли ее дикая красота и стройная фигурка, облепленная намокшей одеждой. Ее кожа напоминала внутренний слой жемчужной раковины, на которой поблескивали капли воды… Такая красивая – и такая враждебная.

Он остановился отдышаться и вдруг осознал всю глубину своего чувства. Кровь все быстрее стучала в ушах. Он нахмурился, сдвинув брови, не сразу сообразив, что стоит перед большими воротами. Он уже замахнулся, чтобы постучать, однако медлил.